— Не вздумай! — мигом отреагировал Джеф. — Дня два не трогай рану вообще. Понаблюдай за ней… и за собой.
— В смысле? Не будет ли заражения?
— И за этим тоже. Но главное — не меняется ли в тебе что-нибудь… мысли… желания… физиологические реакции… цвет глаз…
— Ты это серьезно?
— И как только что-нибудь заметишь, тут же приходи ко мне.
— Какого черта?!.
— От этого, возможно, будет зависеть твоя жизнь, — добил меня Джеф. — А может быть, и моя.
18. Приключения с фотографией Саши Хольгера и последствия укуса Эзергили
Я вернулась домой уже под утро. Дверь была открыта, все спали, и моего отсутствия никто не заметил. Я тихонько прокралась на кухню, вопреки совету Джефа, смазала укус зеленкой и легла спать. Остаток ночи прошел в несвязных сновидениях, а под утро приснился настоящий кошмар — будто я стою у стола на кухне в незнакомой квартире и ем мясо. У мяса какой-то немясной, на редкость отвратительный вкус, и жуется оно очень плохо. Оно же сырое, — отмечаю я, (продолжая есть). И ем я его прямо с разделочной доски, отрезая куски от тушки. Кстати, чья это тушка? Я вижу ребра, вскрытую и очищенную от внутренностей грудную клетку, руки… Руки?! Это же человеческое мясо! (Я отрезаю и кладу в рот следующий кусочек.) Интересно, чье оно? Вот ребра, вот ключицы, вот руки и шея… а где голова? Я оглядываюсь по сторонам. Да вот она — стоит в тарелке на подоконнике и смотрит на меня мертвым взглядом. Присматриваюсь — это моя голова!
Меня перекосило от отвращения, и я проснулась. Укушенная рука распухла, ранки от зубов, несмотря на зеленку, воспалились, голова была тяжелая от недосыпа. Больше никаких перемен в своем состоянии я не заметила. Разве что завтракать не хотелось. После тошнотворного сна аппетит пропал начисто. Все еще впереди, мрачно подумала я. Зомби я уже однажды побывала, почему бы теперь не стать вампиром?
В подавленном настроении убрав в холодильник несъеденный завтрак, я позвонила Хохланду и сказала, что прийти к нему не могу, потому что заболела.
Судя по ледяному тону, Хохланд был мной крайне недоволен.
— Если не хотите у меня заниматься, почему бы не сказать об этом прямо, не тратя время на изобретение неправдоподобных предлогов? — ядовито спросил он. — И что с вами на этот раз? ударились о трамвай?
— Нет… меня укусили.
— Кто? Бешеная собака?
— Теобальд Леопольдыч, вы не подумайте ничего такого, — страдальчески продолжал я, — мне очень хочется у вас заниматься! Мне у вас так интересно…
— А по-моему, вам неймется пошарить в моих книжных шкафах.
— Вы так много знаете! Просто человек-энциклопедия…