Бледность Доктора приобрела зеленоватый оттенок.
– Дополнительного подтверждения не потребуется. Благодарю вас, – выдавил он.
– Встать! – приказал Джонатан.
Доктор повозился на полу, а потом с трудом поднялся. Его бил кашель, тяжелый до рвоты.
– Может, прежде чем отпустить, сломать ему какую-нибудь кость, Томми? Так, чтобы он больше не мог практиковать. Выбирайте любую, – предложил он, как предлагают, например, блюдо со сладостями.
С Доктора ручьями потек пот.
– Я ухожу! Я ухожу! Пожалуйста, просто… отпустите меня.
– Правда? Уже начали умолять? Я пока не уверен, что стоит отпускать вас. Обычно я мучаю свои жертвы до тех пор, пока они не наделают под себя. В особенности тех, кто нападает на женщин.
Доктора охватил ужас. Он крепко зажмурился и прохрипел что-то, похожее на молитву.
Джонатан вздохнул.
– Прекратите! Сначала извинитесь перед леди.
– Я прошу прощения, – заторопился тот. – Я жалею о том дне, когда мы встретились.
Томми показалось, что Джонатан разделяет это чувство.
– И чтобы духу вашего не было рядом с ней, иначе смерть покажется вам сладкой. – Джонатан вытащил пистолет, взвел курок и, приставив его к голове Доктора, схватил того за шиворот, а потом вывел его в коридор и довел до входной двери.
Томми стояла как в прострации.
Джонатан вернулся, сунул пистолет в карман плаща обыденным жестом, словно он проделывал это движение каждый день.
Он помолчал, разглядывая ее, как будто увидел впервые, и медленно покачал головой из стороны в сторону, озабоченно сжав губы.
Томми заговорила первой.
– Как вы нашли?…
– …ваш дом? Благодаря малине из марципана, – с отсутствующим видом ответил Джонатан. Он все еще был бледен от гнева.
Томми решила, что будет разумнее не спрашивать объяснений.
– Дверь была не заперта. Я сразу подумал: что-то неладно. А когда дошел до вашей двери, то услышал через нее ваш… обмен… репликами с доктором. – Он оглядел ее с головы до ног, чтобы удостовериться, что Томми не пострадала. – Вы уверены, что с вами все в порядке?
– Да, спасибо, – тихо поблагодарила она. – Он не успел.
Томми увидела, как Джонатан стиснул зубы. Подойдя к стене, он выдернул из нее ножницы, задумчиво взвесив их на ладони.
– Давайте, объясните мне все. Сейчас же.
Спорить с ним не имело смысла.
Томми залепетала:
– Он – лекарь. Я привела его сюда, чтобы он взглянул на Салли. Он – хороший специалист, правда, немного таинственный… Он ведь на самом деле врач, – промямлила она. – Но почему-то решил потребовать совсем другого вида оплаты.
– Понятно, – ровно сказал Джонатан.
Томми покусала губу и глянула на дверь в комнату к Салли. Та так и стояла закрытой.