Дорога пролегала по каменистой местности, между холмов, поросших гигантскими оливами и кустами темно-зеленых каперсов[25]. На вершинах холмов повсюду виднелись заброшенные постройки с облупившимися дверьми и разбитыми окнами. Встречались и виноградники, ряды которых перемежались каменистыми тропками и уходили далеко-далеко.
Дайнека села назад, уступив переднее сиденье Алексу. Отсюда не отрываясь глядела на его затылок и плечи. Разговаривая с Владом, он поворачивал голову, и тогда она видела его ухо и часть щеки с длинным шрамом. Вокруг Алекса как будто образовалась воронка, которая затягивала Дайнеку вопреки здравому смыслу и внутренним установкам.
Через двадцать минут пути машины въехали на деревенскую площадь, посреди которой высился старинный католический храм. У входа их встретила темноволосая женщина с орлиным профилем и спортивной фигурой.
– Лоредана Катарелла. – Она по очереди расцеловала всех по-европейски, каждого ровно по два раза.
Сальваторе представил всех друг другу, включая свою однокурсницу.
– Лоредана преподает в колледже и в свободное время проводит научные изыскания.
– В какой области? – осведомилась Дайнека.
– В области неорганической химии. Я – профессор по похоронным обрядам. Специалист по восстановлению и сохранению тел.
После таких слов все без исключения стихли.
– В чем дело? – спросила Лоредана.
– Простите… – пробормотала Дайнека. – А разве такие специалисты бывают?
– Похоронные услуги и бальзамирование тел усопших – мощная индустрия не только в Италии, но и во всем мире. Специалисты в этой области очень востребованы, и наш факультет готовит таких специалистов. А кафедра проводит научные изыскания.
– Лучше расскажи, что изучаешь здесь? – вмешался Сальваторе.
– Вечные тела.
Дайнека перевела ее слова на русский язык.
– Но разве это не церковь? – вступил в разговор Алекс.
– Это католический собор. Один раз в неделю жители деревни приходят сюда, чтобы отстоять воскресную мессу. Но под алтарем храма – гробница.
– Я же говорил, – вмешался Сальваторе ди Скьяра. – На острове можно где угодно обнаружить страшную тайну.
– Никакая это не тайна. Обычное захоронение священнослужителей. – Лоредана закурила тонкую сигарету и выпустила дым. – Сицилийский феномен – законсервированные человеческие мумии. Видите ли, – продолжила она, обращаясь к Дайнеке, – для верующих сицилийцев смерть не означает конец. Попросту говоря, мумии – это побочный продукт набожности.
Дайнека перевела рассказ Лореданы на русский. Выслушав, Настя высказалась:
– Полная хрень. Мумии – они и в Африке мумии.