Однажды Верховский и Надя отправились на небольшую прогулку. Стояла солнечная погода, хотя дыхание зимы еще чувствовалось в воздухе. Надя с нежной грустью взялась вспоминать о прелестях русской зимы, о снеге по колено, снежках, санках, катке в Юсуповском саду. Евгений с беспокойством смотрел на ее лицо, которое становилось все более и более расстроенным. Он пытался отвлечь ее другими разговорами, но тут она охнула и ухватилась за живот.
Личико молодой женщины моментально побелело и перекосилось от боли. Князя бросило в пот от страха, что все «это» случится прямо сейчас, да еще и преждевременно. Однако у него хватило духа не растеряться и довольно быстро найти кучера с коляской. Погнали что есть силы прямо к доктору на квартиру. Семуньи проживал в особнячке, где на первом этаже располагалась его собственная клиника. По счастью, он оказался на месте и принял больную безотлагательно. Евгений, ожидая вердикта врача, не мог спокойно усидеть в приемной. Он то вскакивал, то садился вновь, то ходил из угла в угол, чем вызывал явное неодобрение секретарши доктора. Она покашливанием дала ему понять, что необходимо набраться мужества и взять себя в руки. Не помогло. Тогда она суровым голосом предложила выпить успокоительных капель, как вдруг показался доктор. Вид у него был озабоченный, что повергло Евгения в еще большее расстройство.
– Ваше сиятельство, мадам находится в сложном положении. Существует реальная угроза потери ребенка и больших осложнений в ее здоровье. Не скрою, прогноз при неудачном течении событий может быть самый неблагоприятный для жизни мадам.
– Бог мой! – прошептал Евгений, утирая мокрый лоб. – Бог мой, я не могу потерять ее!
Врач посмотрел на него пристально. И почему этот пылко любящий муж вызывает в нем такое неприятное чувство недоверия?
– Послушайте, еще ничего не случилось, но может случиться. Я предпринял все, что в моих силах. Но теперь ей совершенно нельзя двигаться, ее невозможно везти домой. Согласны ли вы на некоторое время оставить мадам в клинике?
К ней будет приставлена сиделка и обеспечен превосходный уход!
– Разумеется, если это необходимо! Я оплачу все расходы!
Доктор кивнул и пригласил Верховского пройти вслед за ним. Надя лежала на кровати по-прежнему пугающе-бледная. Она слабо улыбнулась Евгению.
– Душенька моя, крепись! – пролепетал он, наклонясь и целуя ее в серые губы. Ты побудешь тут всего несколько дней, и я заберу тебя домой. Все уладится, вот увидишь!
Они нежно распростились, и Верховский пошел к двери, но запнулся на ровном месте. Оглянулся. От Надиного взора ему захотелось завыть, заплакать, закричать. Он почти выбежал вон. В голове все смешалось. Очень, очень жалко бедняжку, но если ребенка не будет, то и часть проблем исчезнет. А если и Нади не будет? Снова свобода, никаких забот и ответственности? Чего тебе больше хочется, Евгений. Ты сам-то знаешь?