– Вот, наденьте это. Мне необходимо кое-что сделать, но я вернусь проверить вас через десять минут.
Он начал понемногу согреваться, чувствуя покалывание в онемевших пальцах.
Финлей пристально рассматривал два рождественских украшения. Он наделал столько ошибок и сейчас не знал, с чего начать их исправлять.
Он на секунду прикрыл глаза, мысленно желая, чтобы некоторые сказанные им слова исчезли навсегда. Когда умерла Анна, он искренне думал, что большая его часть умерла вместе с ней. Как же он заблуждался! Он просто не мог справиться с горем.
Тогда он с головой ушел в работу. Это было единственным спасением, но и злом одновременно.
Отношения с друзьями испортились. Он избегал их сочувствия и жалости. Ему было гораздо проще отгородиться от окружающих каменной стеной. Ему стало неловко от мысли, что он практически вычеркнул из жизни мать, отца и сестру.
Сестра два года назад вышла замуж. Он с трудом заставил себя присутствовать на свадьбе и просидел весь вечер в баре со стаканом виски.
Сейчас она ждет первенца и страшно переживает. А он сказал ей хоть раз, как счастлив, что станет дядей? Сказал, как рад будет ее видеть с малышом на руках?
В кого же он превратился?
Раздался стук в дверь. Привезли еду из ресторана. Он поднял серебряную крышку: блины, яйца и бекон. Необычный набор. Финлей поискал глазами кофейник, но его не было. Вместо кофе он обнаружил кружку горячего шоколада с пышной пеной взбитых сливок и зефирками, припорошенными тертым шоколадом.
Финлей откинулся в кресле. Фрэнк. И откуда он только все узнает?
Сделав первый глоток, он удовлетворенно вздохнул. Через пару минут он уже расправился с блинами, беконом и яйцами. Открыв компьютер, он быстро нашел нужную информацию и сделал несколько звонков.
Затем позвонил домой.
– Мам, привет. Да… да. У меня все нормально. Нет, не нормально. Но я сам разберусь. У меня к тебе просьба. Я вызвал в замок бригаду уборщиков и реставраторов на шестое января. Ты можешь приехать в замок и проконтролировать их работу?
Удивительно, но этот простой шаг вернул ему способность четко мыслить и действовать.
Его мать говорила долго. Он знал по опыту, что ее лучше не прерывать. Время от времени он вставлял короткое:
– Да… да… да… спасибо…
Ее последние слова вызвали слезы в глазах взрослого мужчины. Он положил трубку в тот момент, когда в комнату вошел Фрэнк.
Гостиная выглядела приветливее и светлее в лучах утреннего солнца. Фрэнк одобрительно посмотрел на пустые тарелки.
– Вы поели, и это хорошо. Теперь вы лучше выглядите.
Финлей поднялся из-за стола. Он хотел принять душ, переодеться и начать действовать. В голове окончательно прояснилось. Его деловая хватка не пострадала за эти пять лет, но во что он превратил личную жизнь?