– Вот и вы!
Слова доньи Флоры вернули её кузена на землю. Он поспешил поклониться кузине.
– Оставайтесь пока здесь. Я должна убедиться, что снотворное подействовало нужным образом.
В ответ на эти слова дон Маран молча кивнул в знак того, что всё понял. Им овладело лихорадочное волнение, когда он осознал, что скоро войдёт в опочивальню своей любимой. Оставив кузена, донья Флора покинула покои и направилась к сестре.
Войдя в комнату сестры, донья Флора прошла к её постели. Донья Роза крепко спала. Её длинные волосы разметались по подушке. Она некоторое время молча смотрела на спящую сестру, а потом с неожиданной злостью прошептала:
– Сегодня я рассчитаюсь за все унижения, которые мне пришлось вынести по твоей вине. Ты сама виновата в том, что произойдёт. Не надо было стоять у меня на пути.
Холодный взгляд доньи Флоры остановился на кинжале, который лежал на ночном столике. Она сама его принесла сюда перед тем, как у неё в комнате появился дон Маран. Она взяла со столика кинжал и резко размахнувшись, всадила его по самую рукоятку в грудь спящей сестры. Донья Роза издала лишь короткий вздох. Из раны в груди вытекла струйка крови. Она пробежала по телу и закапала на белоснежную простыню. Донья Флора, не торопясь, накрыла одеялом свою мёртвую сестру. Убедившись, что кинжала не видно, она вышла из комнаты.
Чуть позже она уже будила спящего отца. Дон Бенедетто сразу же проснулся и уставился бессмысленным взглядом на дочь.
– Отец, пришёл дон Маран! – придав голосу волнение, сказала ему дочь.
– Дон Маран? Чего ему понадобилось в такой поздний час?
– Он требует пустить его к сестре!
– Ах, негодяй. Я ему покажу…я его отучу шляться по домам порядочных людей…требует…
Видя, что отец поднимается с постели, донья Флора оставила его, и поспешно направился в свою комнату. Она застала дона Марана там, где и оставила несколько минут назад.
– Всё в порядке, – тихо сказала ему донья Флора, она крепко спит. Не медлите кузен. Идите к ней.
– Да, да, – дон Маран поспешно закивал головой.
Сразу после этих слов донья Флора вывела его из комнаты и проводила к покоям сестры. Приоткрыв наполовину дверь, она впустила его внутрь. На прощание она со странным выражением лица сказала дону Марану:
– Забирайте, она ваша!
Донья Флора тотчас же развернулась и поспешила к выходу. Через минуту она вышла из ворот и подошла к карете. Кучер, заметив её, соскочил с козел и услужливо открыл дверь. Опираясь на его руку, донья Флора забралась внутрь кареты. Кучер тут же затворил дверцу, а через мгновение раздался звук хлыста. Карета тронулась с места, направляясь во дворец.