– Ты заслуживаешь и всегда заслуживала всего самого лучшего. Поэтому для тебя я был готов отдать все, что имею.
– Но почему же тогда ты сказал, что я не должна быть здесь? Разве я не заслуживаю того, чтобы попрощаться с ней на этот раз как следует.
Он делает глубокий вдох перед тем, как сказать:
– Потому что ты разбередишь старые раны, Рини. Мои и твоей сестры. Раны, которые никогда не заживут. – Он делает шаг ко мне, и снова мне кажется, что он хочет до меня дотронуться, его губы приоткрыты; быть может, последний поцелуй на прощание, перед тем как мы вернемся к прежним условиям игры, появившейся много лет назад из-за меня? Но он вновь останавливает себя. – Я не желаю тебе зла. На деле как раз наоборот. – Он смотрит на паб взволнованно, а потом опять на меня. – Но ты должна уехать. Уезжай сейчас, пока ты еще можешь от нас вырваться. Ты увидишь, это к лучшему. Сейчас, когда она думает, что узнала правду, она оставит тебя в покое. – У него почти получается улыбнуться. – Здесь твоего ничего не осталось.
Значит, это правда. Мой отец подтвердил мои самые потаенные страхи. Я должна принять тот факт, что не принадлежу этому месту, должна уйти. Но непросто смириться с мыслью о том, что я не имею ничего. С тем, что я по-настоящему одинока.
Когда Элли ворвалась в мою жизнь, напав на Роберта Нила, я так хотела быть рядом с ней. Она спасла меня в тот день, подарила мне ощущение, что мы – одна команда. Она ворвалась в мою жизнь, и я почувствовала себя лучше. Ее присутствие давало мне место в мире, во всяком случае, сначала было так. И уже было неважно, что у меня нет друзей в школе, или что они обзывают меня. После инцидента с Робертом Нилом шепот за моей спиной превратился в нечто большее. Теперь связываться со мной было рискованно. Так ведь можно и яичко потерять. Я поражалась тому, какой силой она наделила меня, но не понимала, что Элли чувствовала ко мне то же самое. Я не понимала, что была ее пешкой, фигуркой, которой она могла играться, управлять. Но жизнь меня научила.
Мы с Элли встречались регулярно. Когда я сообщила, что собираюсь проводить субботы в библиотеке, тетя Джемайма подумала, что я хочу улучшить свои оценки. Она была впечатлена, хотя и не без доли сомнения. Она знала и то, что Элли снова появилась на горизонте. Я слышала, как она разговаривала об этом по телефону с моим отцом после того, как в школе меня допрашивали об инциденте с Робертом Нилом. «Держи эту ненормальную подальше от нас», – сказала ему она. Тетя одобрила идею посещения библиотеки только при условии, что она сама будет приводить и забирать меня оттуда. Но проскользнуть через пожарный выход, где ждала меня Элли, не составляло труда.