Я не думала, что леди Гринхилл вот так просто послушается кузена. А она взяла — и послушалась. Хотя, наверное, только потому что ее собственное желание совпало со словами Фелтона.
Спустя десять минут, которые мне пришлось выслушивать честное и не слишком лицеприятное мнение Кассиуса Фелтона о моей персоне, леди Гринхилл вернулась вместе с моим деканом. Полоз просто пылал от желания объяснить мне, насколько неосмотрительно я себя веду и как мое головотяпство успело достать его, несчастного.
Пережив первый шок от моей выходки и уверив меня в том, что ничего плохого все равно не случится, Полоз перешел ко втором витку возмущений.
Робкие попытки оправдаться, резко и безапелляционно прерывались. Некромант кипел от негодования и наверняка мог бы взорваться от возмущения. Ему было жизненно важно выговориться.
— Итак, мисс Грант, вы брали мою книгу не для себя, а для мистера Лестера… — крайне неодобрительно констатировал профессор Бхатия, глядя на меня так, словно я завалила всю сессию.
Да, как-то не очень хорошо вышло.
— Но с ней ничего не случилось, сэр, — тихо сказала я, стараясь на преподавателя глаз не поднимать.
Перед Фелтон, конечно, тоже было совестно… Но у меня не было ни малейших сомнений, что он-то как раз меня простит. Потому что любит. Отношения с деканом — дело другое. Кажется, скоро никто не сможет заявить, что я все еще любимица профессора Бхатии.
— Но это не означает, будто я рад тому, что часть знаний из это научного труда досталась семейству Лестер, — сурово ответил профессор. — Я разочарован вашим поступком.
И на государственных экзаменах это мне наверняка аукнется… Мысль о собственной возможной смерти уже перестала казаться такой уж кошмарной. Наверняка сдача истории магии для меня окажется куда мучительней.
— Простите, профессор, — тихо покаялась я, надеясь хоть на какое-то снисхождение.
Ответом меня не удостоили.
Фелтон осторожно оттеснил меня назад, заняв позицию между мной и деканом. Можно подумать, профессор Бхатия мог бы убить студента… Хотя нет, мог бы на самом деле, все-таки сентиментальностью декан не грешил. Но для такого поступка ему бы потребовалась куда более веская причина.
— Кажется, Лестеры знают о случившемся с Эшли, причем лучше, чем все мы. Дэниэл… Я встречался с ним, и он намекал на что-то подобное.
Аллилуйя. Полоз вслух признал, что встречался со своим не самым любимым родственником. Мог бы сразу мне сказать напрямик, а не устраивать тут тайны королевского двора.
— А меня вот осуждаешь за то же самое… — с обидой пробурчала я, прекрасно понимая, что если Фелтон схватится с Лестером, то ставить стоит на Фелтона, то мои шансы справиться с Дэнни ну очень малы.