Каждое его слово ощущалось как тяжеленный булыжник.
— Но это моя жизнь! — не выдержала я и все-таки подняла взгляд на своего парня. Взгляд у него был совершенно диким. — Я понимаю, что ты пытаешься меня защищать от всего, в том числе от правды! Но, черт, я не настолько слабая и пугливая!
На место мрачности пришел откровенный скептицизм. Ну, ладно, Фелтон умней меня, храбрей меня, и это вряд ли изменится. Но, черт, это не означает, будто я круглая идиотка! Я просто… обычная, нормальная.
— Я мужчина. И должен оберегать тебя, — тихо напомнил Полоз, как будто сникая.
С этим не поспоришь. И мне даже нравилось это стремление Фелтона каждый раз подтверждать свою мужскую состоятельность, способность стать опорой и защитой для тех, кто на него полагается. Пожалуй, теперь я бы уже не согласилась на другое отношение… Но как же порой меня выводило эта привычка решать за меня, которая шла в комплекте…
— Ты не умрешь, рыжая. Я не позволю. Тебя у меня никто не заберет, — с абсолютной уверенностью заявил Полоз, тряхнув головой так, словно пытался вытряхнуть дурные мысли.
Ему было легко поверить.
Леди Гринхилл наблюдала за своим кузеном и мной с каким-то сентиментальным умилением, которое появляется у всех замужних женщин при виде молодой влюбленной пары. Кажется, скоро-таки леди Гринхилл станет просто миссис Бхатия.
Она, похоже, переживала за мою жизнь не так сильно как Полоз. Хотелось надеяться, что у нее есть для этого веские причины.
— Что бы ни сказал тебе Дэниэл, я все исправлю, если нужно — мир переверну, но с тобой будет все в порядке, — с горячностью заявил мне некромант и вдруг обнял так крепко, будто боялся, что кто-то может вырвать меня из его рук, отнять.
Странно… Я знала, что Кассиус Фелтон, Король университета, любил меня, у меня не имелось даже малейших сомнений в его чувствах, но обычно он не позволял себе настолько явного проявления чувств. Как будто… как будто меня считали ребенком.
— Писание или не Писание… Я не позволю ничему дурному с тобой случиться, — прошептал парень… и вырвал у меня из рук книгу профессора Бхатии. Я почувствовала себя обманутой.
Редкостный паршивец.
— Итак, что же читал Дэниэл, надеюсь, ты хотя бы за этим проследила? — уже совершенно по-деловому поинтересовался Фелтон.
Я фыркнула.
— Обижаешь, твое змейство. «Артефакты черны и темные, взаимодействие с живой материей». Только этот раздел. Я следила.
Полоз с гордостью потрепал меня по голове. Инспектор Гринхил тихо рассмеялась и заявила, что общение с Фелтонами хорошо на меня влияет.
— Ты точно небезнадежна. Моя девочка. Вот сейчас мы и поймем, что же такого знает Дэнни… Даф, сходи к Бхатии, расскажи все. Вдруг, поможет.