– Привет, Пенни, – говорят они почти хором. Мэл отпускает Каллума, и я, наконец, могу толком рассмотреть их обоих и понять, что они не так похожи, как мне показалось вначале. Малколм выше и шире в плечах, нос его, кажется, был сломан, а волосы Генри острижены очень коротко, и он гораздо мускулистее, чем Каллум.
Но издалека их всех можно принять за тройняшек.
Шумных, спортивных тройняшек, думаю я, наблюдая, как они отнимают мяч друг у друга. Я улыбаюсь, когда вижу, как на щеках Каллума вспыхивает румянец, и щелкаю их всех на телефон. Увидев, как Каллум расслабился, общаясь со своими братьями, я начала смотреть на него другими глазами.
То ли он замечает мой изучающий взгляд, то ли они все выдыхаются, но обессиленный Каллум наконец освобождается и подбегает ко мне, а его браться улыбаются и фыркают.
– Увидимся позже! – кричит Малколм певучим голосом.
– Давай идем, пока они не потащили нас играть в регби! – говорит Каллум.
– Да, давай… я не дружу со спортом!
Мы перебираемся через изгородь и идем по желтой, короткой траве невспаханного поля. На открытом воздухе ветер остужает кожу, по спине пробегает приятная дрожь.
– Как тебе повезло вырасти тут, – говорю я Каллуму. – Совершенная красота.
Он улыбается.
– Так Джейн проболталась, да? Я надеюсь, это не изменит твоего мнения обо мне.
– Конечно, нет! – отвечаю я.
– Да, думаю, не изменит. В конце концов, ты ведь встречалась со знаменитой поп-звездой, так что ты, наверное, привыкла к такому.
Челюсть у меня отвисает.
– Ну, я надеюсь, ты сможешь привыкнуть к тому, чтобы встречаться с обычными людьми, – парирую я.
Он останавливается и берет меня за руку.
– Прости. Не хотел задеть за живое. Пойдем, покажу тебе кое-что. Ты любишь развалины?
Я вглядываюсь в его лицо и не вижу ни намека на ехидство.
Может быть, он просто неудачно пошутил, когда назвал Ноя «знаменитой поп-звездой». Так что я осторожно улыбаюсь ему.
– Конечно.
– Значит, у меня есть как раз то, что надо, – говорит он. Мы снова двигаемся, и мне приходится поднимать ноги выше, чтобы не шлепать по грязи.
– Тут есть древние развалины замка, около мили вдоль берега. Ну, я говорю «замок», но, по сути, это одна башня с несколькими башенками на вершине. Человек, которому она принадлежала, был разбойником и мерзавцем.
– О-о-о, звучит скандально!
– Это и был скандал. Третий сын в семье, он понимал, что ничего не получит по закону, так что решил податься в разбойники. Но потом унаследовал землю и внезапно оказался и пиратом, и законным владельцем поместья. Это не слишком его изменило. Он все так же совершал набеги на соседей и возмущал своим поведением жителей деревни. Его замок разрушили, когда он был побежден соперничающим кланом, и это положило конец грабежам.