выходишь…
— Очень интересно, — с не характерной для себя сдержанностью ответил майор Петров, изображая крайнюю заинтересованность.
— А сейчас зачем все это? Взял волыну, грохнул инкассатора или кассира — и в дамках! Вот и вымерла профессия… — с горечью сказал Тихоныч, как хлебороб-землепашец, печалящийся о том, что трактора и комбайны уничтожили романтическую первозданность крестьянского труда.
— Да, действительно жалко, — поддакнул Петров. И тем перегнул палку.
Тихоныч остановился.
— Что тебе жалко?
Они стояли и смотрели друг на друга. О чем думал Тихоныч — неизвестно, а майор Петров размышлял: как выпутаться, ибо всерьез утверждать, что он жалеет о вымершей профессии медвежатника, было бы не очень правдоподобно.
— Вообще жалко, что так получилось, — обтекаемо ответил он, и эту фразу можно было отнести к чему угодно, в том числе и к исковерканной судьбе самого Тихоныча. Тот наверняка именно так ее и истолковал.
— А сегодня пришел паренек, заказ сделал, — вздохнув, сказал он. — Два сейфовых ключа, сложных, от несгораемого шкафа, такие еще до революции делали. В субботу пойдет на дело… Я еще подумал: неужто профессия…
— Подожди, Тихоныч, теперь давай подробней! — насторожился Петров.
* * *
Филат быстро погрузил новоявленных «коммандос» в раздолбанный «пазик». Последним шел Игнатик. Он поставил ногу на ступеньку, тоскливо оглянулся на серый ангар шинного склада, остановил взгляд на горящей лампочке, бросил в грязь окурок и тонкой струей выпустил дым через нос.
— Давай, шевелись! — беззлобно прикрикнул Филат.
Бригадир понял, о чем думает Влад: увидит ли он эту лампочку еще раз?
Игнатик нырнул в салон. Влад обошел автобус, открыл дверь и прыгнул на место водителя. Запустил двигатель, глянул в зеркальце на каменные физиономии бойцов.
— Задерните шторки! — приказал он. — Сейчас телок возьмем для отвода глаз.
— Вот это дело!
— Телки — это хорошо…
— Тогда давай дальше и не поедем!
Каменные лица расслабились, пацаны оживились, кто-то засмеялся. «Ну и ладушки…» Филат тронулся с места.
Через пожарный выезд «пазик», не привлекая внимания, выкатился с территории базы на противоположную сторону и окольными путями покатил к «Горячей избе». По дороге в салон подсадили приманку — трех замерзших девчонок в маленьких курточках и куцых юбках. Они думали, что едут работать.
— Приветик, мальчики! — сказала самая бойкая. — А есть чем согреться?
— Подожди, сейчас горячо будет, — ответил за всех Сеня Новиков, переложив автомат из руки в руку.
— Кто сильно хвастает, не сильно греет, — засмеялась девчонка, и подружки ее поддержали.