— Ты плакала? — напрямую спрашиваю я.
Маша вскидывает на меня недовольный взгляд и смотрит исподлобья так, словно готова вонзить мне в шею нож. Вскидываю бровь, терпеливо дожидаясь ответа. Сестра вздыхает и шмыгает носом, но комментировать мои слова явно не собирается.
— Случилось что? — продолжаю допрос.
Знаю, как её это бесит. Как она это называет? Психоанализ? Она его терпеть не может, если его использовать на ней.
— Он нашёл себе другую, — бросает Маша, стискивая зубы.
Я осматриваю комнату, непонимающе морщась, опускаю взгляд на конфеты, которые держу в руках, и открываю очередную жертву.
— Миша? — догадываюсь я.
— Ага. При чём даже не сказал мне.
Сестра не смотрит на меня, продолжая пялиться в монитор. Миша… Она с ним общалась больше полугода, часто зависала у него, почти что жила с ним, из-за чего часто ссорилась с родителями. Я даже начинала думать, что у них там всё серьёзно. Хм…
— А как ты узнала? — интересуюсь я, отправляя в рот сладость.
Маша отвечает неохотно и не сразу. Я знаю, что ей нужно много времени, чтобы собраться с мыслями и чтобы сгруппировать слова, мечущиеся у неё в голове.
— Он меня начал динамить. Отмазывался, мол, работа и всё такое. Типа устал, времени нет и бла, бла, бла, — бурчит сестра. — Перестал звонить и писать, звать к себе. Я сразу догадалась, что у него кто-то появился, — я вспоминаю, что они чуть ли не каждый вечер, когда были не в месте, болтали по скайпу. — Вчера пересеклись всё-таки. Случайно увидела, как он поцелуйчики шлёт кому-то в диалоге. Утром он ушёл на работу, а я залезла с его компа «вконтакт» и прочитала переписку. Оказывается, тусит теперь с другой, а все эти отмазы, когда он меня динамил, он с ней был. А мне ни слова не сказал. Просто слил и всё…
Я задумчиво хмурюсь. Настроение медленно, но верно скатывается к нулю, и я даже расстраиваюсь из-за этого.
— Ну… Вы же не мутили, да? — тяну я.
— Ну, да, — Маша злится. — Но всё равно можно было хотя бы сказать, типа «сорян, я затусил с другой, с тобой больше не хочу пересекаться». А не просто сливать, словно меня вообще не существовало. Мы всё-таки не один день знакомы.
— Ну, да. Некрасиво, — бормочу я, вспоминая Егора. Кладу рядом с ноутом горстку конфет, чтобы угостить сестру и хоть как-то подбодрить её. — Но ему ничего не предъявишь, вы же не встречались. Ничем не обязаны друг другу. Он тусит с кем хочет, ты тоже.
— Да знаю я, — она берёт конфету, расстраиваясь ещё больше. — Просто привыкла к нему за все эти месяцы… не знаю, — она бросает сладость в рот и начинает лениво жевать. — Обидно.