Он дошел до Пикадилли и внезапно вспомнил, что целую вечность не был у тетки Флер. Может быть, ока там? Он свернул на Грин-стрит.
— Миссис Дарти принимает?
— Да, сэр.
Майкл потянул носом. У Флер духи… нет, никакого запаха, кроме запаха курений. Уинифрид жгла китайские палочки, когда вспоминала, какую изысканность придает их аромат.
— Как доложить?
— Мистер Монт. Моей жены здесь нет?
— Нет, сэр. Здесь только миссис Вэл Дарти.
Миссис Вэл Дарти! Да, вспомнил — очень милая женщина, но не заменит Флер! Впрочем, отступать было поздно, он пошел следом за горничной.
В гостиной Майкл увидел двух дам и своего тестя, который, насупившись, мрачно сидел в старинном кресле стиля ампир, уставившись на синие крылья австралийских бабочек, лежавших под стеклом на круглом красном столике. Уинифрид оживила старинную обстановку своей гостиной всякими «надстройками» в современном духе. Она встретила Майкла изысканно-сердечно. Как мило, что он пришел теперь, когда он так занят всякими молодыми поэтами!
— По-моему, «Медяки» — кстати, какое прелестное название! — очень увлекательная книжка. Правда, мистер Дезерт такая умница! Что он теперь пишет?
Майкл сказал: «Не знаю», — и присел на диван рядом с миссис Вэл.
Не зная о ссоре в семье Форсайтов, он не мог оценить, какое облегчение внес своим приходом. Сомс что-то проговорил насчет французов, встал и отошел к окну; Уинифрид последовала за ним; они заговорили, понизив голос.
— Как поживает Флер? — спросила соседка Майкла.
— Спасибо, отлично.
— Вы любите свой дом?
— О, страшно! Отчего вы не заглянете к нам?
— Не знаю, как Флер…
— А почему?
— Ну-у… так.
— Она ужасно любит гостей!
Миссис Вэл посмотрела на него с большим любопытством, чем он, казалось бы, заслуживал, как будто пытаясь что-то прочесть на его лице.
И он добавил:
— Ведь вы, кажется, в двойном родстве — и по крови и по браку, — не так ли?
— Да.
— Так в чем же дело?
— О, ничего! Я обязательно приду. Только… ведь у нее так много друзей!
«Она мне нравится», — подумал Майкл.
— Собственно говоря, — сказал он, — я зашел сюда, думая, что увижу Флер. Я бы хотел, чтобы она видалась с вами. В этой свистопляске ей, наверно, приятно будет встретить такого спокойного человека.
— Спасибо.
— Вы никогда не жили в Лондоне?
— Нет, с тех пор как мне исполнилось шесть лет.
— Я хотел бы, чтобы Флер отдохнула. Жаль, что ей некуда дезерт… дезертировать, — он слегка запнулся на этом слове: случайное совпадение звуков — и все же!.. Чуть смутившись, он посмотрел на бабочек под стеклом. — Я только что говорил с маленьким разносчиком, чье SOS [22] — Центральная Австралия. А как по-вашему, есть у нас души, которые надо спасать?