— Какие еще новости, Кристоф? — с жадностью спросила я, распахивая двери, теперь не запертые на замок. Книжные стеллажи были вычищены, портрет матери висел напротив портрета отца, и косые раны на холсте оказались теперь аккуратно заклеены. Простил ли Дитер старого герцога? Если и нет, он сумел переступить через свою гордость и все-таки сохранить память о нем.
— Кроме того, что прилетал адъютант Его Сиятельства? — спросил Кристоф, шаркая по паркету. — Пожалуй, никаких. Выжидаем, как в осаде. Слухи разносятся со скоростью молнии, но грохочет пока в отдалении, здесь только эхо и слышим. Да вот разве что наш конюх сбежал тогда же, когда арестовали Ее Высочество.
— Конюх? — переспросила я и догадка неприятно кольнула висок. — Якоб?
Кристоф закивал.
— Да, да. Поговаривают, его видели спешащим к фессалийской границе. Может, хотел сбежать в Кентарию, а может, и сгинул без следа. Туда ему, подлецу, и дорога.
— А что сама королева? — спросила я.
— О ней и вовсе ничего неизвестно. То ли умерла в заточении, то ли сбежала. Слухи ходили, будто у Кентарийского вождя появилась могущественная ведьма, которая и посылает на наши земли черных всадников.
— Думаешь, это королева? — вздрогнув, спросила я.
Кристоф пожал плечами.
— Слухи по ветру носятся, а правда, или нет — кто скажет?
Замолчал и, кряхтя, потянул за потайной рычаг. Часть стены отъехала в сторону, открыв темную нишу, сплошь уставленную полочками. Я вспомнила, что похожая конструкция была в королевском дворце. Так я смогла доказать, что королева обладает колдовскими зельями и подливает одно из них королю в пищу.
Колдовской тайник.
— Вы знали о нем, Кристоф? — спросила я.
Дворецкий утвердительно кивнул.
— Семье Мейердорфов я служу не первый год, помнил еще старого герцога. Он был большой любитель экзотики, помешан на ядах. Выписывал зелья со всех концов земли. Герр Мартин продолжил традицию отца, но не долго. Когда Его Сиятельство Дитер завладел замком, он хотел опустошить этот тайник, но передумал. Воображал, что с помощью зелий сможет избавиться от проклятия василиска. Но избавился все-таки благодаря вам, фрау Мэрион.
— Не до конца, — рассеянно ответила я, осматривая полки. Все снадобья были подписаны: какие-то убористым едва ли не женским почерком, какие-то размашистым, а каким-то четкими буквами самого Дитера. — Сила осталась, но теперь Дитер умеет ей управлять. Я только беспокоюсь за нашего…
«Ребенка», — чуть не произнесла я, но закусила губу. Незачем Кристофу это знать. Как и про Оракула, и про вещие сны, и духов-драконов, затаившихся в моем кулоне и иногда болтающих в моей голове.