— Нет, нет, — он замотал головой и перехватил мои пальцы, сжал их, с надеждой заглядывая в мое лицо. — Я видел тебя раньше… твое лицо… глаза… Я запомнил твои глаза! Столь прекрасные… Каких не бывает… ни у одного смертного…
Тревога зародилась по сердцем и кольнула острыми иголочками.
«Ваша красота подобна падающей звезде, а ваши глаза — озера. О, твои глаза! Я сразу влюбился в них, как только увидел!» — вспомнилось мне. Именно так капитан говорил в императорском саду, когда принял меня за одну из наложниц. Я попыталась выпростать руку, но ничего не вышло.
— Не оставляй! — со страхом воскликнул Фа Дэ-Мин. — Не бросай одного… в темноте! Я не хочу обратно в страну мертвых, где вечная тьма и холод!
— Я не оставлю! — испуганно ответила я и снова погладила его по волосам. — Успокойтесь, капитан Фа. Отдыхайте и ни о чем не думайте. Я не покину вас.
— Никогда? — робко, с какой-то детской надеждой спросил капитан.
— Никогда, — грустно улыбнулась я. — Все хорошо будет, вот увидите. А теперь спите.
Он глубоко вздохнул, прикрыл глаза и вскоре погрузился в сон. Рука безвольно опустилась на кровать, и я заботливо подоткнула одеяло.
— Кристоф! — позвала я. — Подготовьте мне мою комнату, хорошо? Наверное, нам придется пробыть здесь какое-то время.
— Боюсь, это невозможно, — отозвался дворецкий, входя в гостевую комнату. Вид он имел запыхавшийся и уставший.
— Почему? — машинально спросила я и тут услышала со двора очень знакомый рев. Так могло реветь только одно существо: виверна Его Сиятельства! Сначала я хотела побежать к окну, но едва поднялась, как у меня подкосились ноги, и я снова плюхнулась на краешек кровати. Живот скрутило узлом, и я погладила его ладонью, прошептав:
— Ну, ну… Успокойся, моя малышка.
Сделав один глубокий вдох и один глубокий выдох, подняла глаза на Кристофа и совершенно спокойно произнесла только одно слово:
— Дитер?
— Да, — совершенно несчастно ответил дворецкий. — Прибыл только что в сопровождении господина альтарского посла. И оба ищут какого-то потерявшегося адъютанта. Вы не знаете, фрау, кто бы это мог быть?
Перепрыгивая через ступень, я помчалась наверх, во все горло зовя Марту. Та выскочила с выпученными глазами, запыхавшаяся и растерянная.
— Мундир! — закричала я. — Мой мундир где?!
— Высох уже, фрау, — отозвалась она. — Принести, что ли?
— Немедленно! Сию секунду!
И скрылась в своих покоях. Марта вскоре явилась следом, отдуваясь и неся на плече наскоро отглаженную форму.
— Помочь одеться, фрау?
— Сама я, сама! — выпалила, наспех натягивая рубашку и брюки.