Видела у нас во дворе пару раз после того случая. Мы даже вместе прогулялись. Он в издательстве работает. По-моему, не слишком успешно. А жаль. Он был очень способный, и литературная жилка присутствовала. Мне кажется, он мог бы добиться большего.
Мне тоже. Я так ему и сказал. Он же в школе был один из лучших, если не считать математику. Но как-то потом у него все не заладилось. Мы с ним практически не общаемся с тех пор как я переехал. Так что, в чем там дело, я не знаю.
Таня, как ни странно, тоже не знала, в чем там дело с Сережиной карьерой, и вполне искренне поддакнула. А про себя решила, что надо все разузнать и помочь. Не своему любовнику, а просто хорошему человеку и специалисту.
Выпили еще по рюмочке, и Витя расхрабрился:
Тань, можно, я задам тебе нескромный вопрос?
Валяй, задавай.
У тебя кто-то есть? Ну не может быть, чтобы у такой шикарной женщины никого не было.
Ты правильно понимаешь, Витя. Есть, конечно, – впервые в жизни честно ответила Татьяна на этот вопрос.
Не подумай, что я клеюсь. А, черт возьми, конечно, клеюсь. Но не специально, просто так получается. Хреново мне, Танька. Вот у тебя сын есть. Дома тебя ждет. Друг у тебя, он тебя любит, я знаю. Тебя невозможно не любить. А у меня никого. Дашка ушла, толков от нее немного было, но все-таки жена. Ну ладно, это дело прошлое, а вместо нее завел я себе мегеру. С какой дури, сам понять не могу. К ней мне идти ну совершенно не хочется. С тобой тут сидеть хорошо, спокойно. Поговорить есть о чем. А с ней... и ведь сам. Своими, можно сказать, руками. Не думай, я не жалуюсь. Но вот сижу, смотрю на тебя, и понимаю, какой я идиот.
Ладно, перестань. Унижение паче гордости, тебе это не к лицу. Ты про ту самую барышню, которая тебя по телефону домогалась? Ты ее так классно послал. Думаю, и дальше справишься.
Правда? Ты точно так думаешь? Тогда конечно справлюсь.
Таня заволновалась. Витино умонастроение могло в любой момент измениться в самую непредсказуемую сторону. Пора домой.
Минут через двадцать их уже вез водитель. У офиса Таня пересела в свой автомобиль, Но за рулем был другой шофер. Первый повез домой Витьку, который успел допить графинчик. Почему это здорового мужика развезло с такого относительно небольшого количества водки? Водитель, пожилой дядька с добрым веселым лицом, на которое он усердно, но безуспешно пытался натянуть маску суровости, как будто услышал ее мысли и произнес вслух:
В первый раз вижу Виктора Николаевича в таком состоянии. Он же не пьет практически. Ну, бокал вина там, пару пива, и то нечасто. Может, случилось что, Вы не в курсе?