– Тебе трудно, ты многого не знаешь…
– Может, вы мне расскажете и всем будет проще?
Я следила, как пар побежал по тонкой трубочке и начал собираться в пробирке.
– Понимаешь, – Шанталь посмотрела на меня своими янтарными глазами, – к любой информации нужно быть готовым, чтобы ее воспринять. Иначе она может быть неверно понята, отчего неизбежно возникнут проблемы.
На какое-то время директриса замолчала. Она добавила еще листьев в пробирку, где скопился ядовито-зеленый дым. Затем капнула несколько капель из хрустального флакона. Теперь по спиральной трубке очень медленно и плавно двинулась вереница тягучих капель. Темных, словно кровь.
– Для твоего же блага тебе следует извиниться перед лутадором за свое поведение.
Если он от меня отвяжется, без проблем.
– Сегодня после ужина ты придешь ко мне в кабинет. Мы будем разговаривать. Ты зайдешь и подождешь, пока я не кивну. Тогда можешь говорить.
Капли начали собираться в маленьком сосуде.
– Теперь положи руку сюда, Майя.
Я положила ладонь на небольшую железную подставку. Шанталь застегнула ремешок, фиксируя запястье.
– Не волнуйся, больно не будет.
Какое-то время ничего не происходило, потом пальцы начало покалывать и ладонь стала холодной.
– Постарайся не двигать рукой. Это убедит Михаэля, определенно. Даже он не сможет с этим поспорить.
Звучало достаточно странно.
Процедура заняла десять неприятных минут. Я тряхнула рукой, несколько раз сжимая и разжимая пальцы.
Интересно, почему Шанталь так печется об этом человеке? Да еще такое фамильярное обращение… Какие у них отношения? Непохоже, что они пара.
– Кстати, если он вдруг спросит, чем ты хочешь заниматься, скажи что-нибудь про историю мира или домоводство. Поняла?
Я машинально кивнула.
В дубраве шумел ветер. Травы волновались и казались зеленым морем, по которому пробегала рябь. Мне нужно увидеть демона. Интересно, если я буду усиленно о нем думать, он появится? Он же говорил, что может меня почувствовать. Или это касалось только местоположения? Где же он пропадает, когда так нужен! Еще и голова разболелась… Невидимый обруч сдавливал виски.
Время тянулось очень медленно. Ветер тревожил деревья, в тени было холодно. Чтобы немного уменьшить боль, я прислонилась лбом к шершавой коре.
– Майя!
Неужели? Первое чудо! Я повернулась.
– Очень мало времени. Что у тебя случилось?
Мне стало спокойнее, я рассказала все. И о том, как на празднике столкнулась с Котиком, и о своем побеге через окно, и о листьях, и об изготовлении странной жидкости, и об извинениях, которые нужно принести. Обо всех событиях последних дней.