А вечер-то, похоже, удался. Вот только команда моя явно подустала. Я огляделась. Костер догорал, и вместе с ним догорали остатки энтузиазма. Аня и Оленька начали собирать посуду. Анна Федоровна, обняв, покачивала Марточку. Мишенька отрешенно созерцал мерцающие уголья. Лисянский и Маша вполголоса переругивались. Пригревшийся Козлов, кажется, начал задремывать. Снегов задумчиво вертел в пальцах веточку.
И тут появился Ясенев:
— Все. Автобус готов.
— В каком смысле? — встрепенулся Козлов.
— Во всех. Полной реанимации не подлежит, но до города доберемся. На выход с вещами, пожалуйста.
Все пришло в движение. Глеб Евсеевич загасил костер, подхватил Марточку и двинулся к автобусу. Остальные потянулись следом.
Уже в автобусе, передавая девочку Анне Федоровне, Глеб Евсеевич поинтересовался:
— Ребенка, небось, назначили малышкой Мю?
— Вы и назначили, — отозвался Мишенька.
Я обернулась к сидящему сзади Снегову:
— А вы ведь так и не представились.
— Я? — Он взглянул так, словно его спрашивали о самоочевидном. — Снусмумрик, конечно.
Снегов? Снусмумрик?
Додумать мне не дал Лисянский:
— А я… Подождите, кто же я?..
— Ой, вот только не надо говорить, что вы Туве Янссон! — сердито оборвала Мари.
Автобус рывком тронулся с места.
Весна ворвалась в город, сокрушительно взламывая лед. Время, очнувшееся от зимней спячки, понеслось так стремительно, что я едва успевала понять, что происходит.
В начале лета молодежь ринулась в отпуска. Я начала подумывать, что ближе к августу неплохо бы последовать их примеру.
Дни пролетали незаметно, и должно было случиться что-то хорошее — или плохое — чтобы выделить хотя бы один из этого сплошного потока.
Наверное, стоял прекрасный июньский денек. Вот только оценить его я не могла: голова буквально раскалывалась. Я даже не старалась работать — сосредоточиться было невозможно. Около двух часов вышла на сайт — Бродяга частенько заходил в это время. Может, хоть разговор отвлечет немного, а то уже сил нет терпеть. Бродяги, однако, в сети не наблюдалось. Ладно, подожду, спешить мне все равно некуда. Ожидание оказалось не напрасным, где-то через полчаса он появился и бодро отсалютовал. Счастливец! Очевидно, ему были чужды мои проблемы.
БРОДЯГА: Здравствуйте, Леди! Не поговорить ли нам о погоде?
ЛЕДИ: Здравствуйте, Бродяга. Попробуйте.
БРОДЯГА: Прекрасная погода, не правда ли?
ЛЕДИ: Попробовали. Не получилось. Нет, не правда. Отвратительная погода.
БРОДЯГА: Чем она вам так не угодила?
ЛЕДИ: Жарко, душно и гроза собирается, да все никак не соберется. В такую погоду у людей с пониженным давлением голова готова взорваться.