— Да и мне сейчас в церковь нужно… — поддержал его Нодар.
— Постой, в какую церковь? — удивился Алексей, — Здесь же никогда церкви не было!
— Да это он в Алдан собрался в церковь! — объяснил вместо Нодара Марченко, — Там недавно отстроили, всем поселком деньги собирали! Кстати, советую съездить — красивая получилась! А купола — синие, как в старину было принято!
— А в церковь тебе зачем? — спросил у Нодара Захаров, — Ты же, вроде, раньше этим не особо интересовался…
— Так я и сейчас «не особо»! Просто мы на сегодня службу заказали. Поминание, кажется, называется. Нужно съездить, проверить, все ли путем, а то мои бойцы запросто могли чего-нибудь напутать!
— Друг у него погиб недавно, — объяснил Алексею Марченко, когда Нодар уехал, — Сегодня как раз девять дней… А ты чего так резко на материк собрался? Случилось что?
— Да, как сказать… — не зная, с чего начать, замялся Захаров, — Приехал, вот, просить у тебя совета и помощи!
— Да, дела!.. — выслушав его, протянул задумчиво начальник мехколонны, — Тут нечего и рассуждать — возвращаться домой тебе надо, а то и попрощаться не успеешь, тьфу-тьфу! Просто так, я понимаю, ты денег не возьмешь?
Захаров отрицательно покачал головой.
— Тогда давай вот что: заключаем с тобой договор на три года полного обслуживания моей конторы, а я тебе всю сумму авансом сразу перегоняю на счет, идет?…
По пятницам после восьми вечера бассейн всегда закрывался «на спецобслуживание». Это время принадлежало только начальнику мехколонны и тем посетителям, кого он сам приглашал. В этот раз кроме Алексея и Нодара никого посторонних в бассейне не было.
Плавание в бассейне сменяла сауна, за которой следовал небольшой отдых в холле с рюмкой коньяка и долькой лимона или ломтиком апельсина, после чего вся процедура начиналась сначала. Нодар, как обычно, от алкоголя отказался, заменив его обычным яблочным соком.
— Ну, с такой охраной можно быть спокойным! — подсмеивался над ним Марченко, — Вот был бы он еще и к бабам равнодушен!..
— Если мужчина равнодушен к женщинам, то это уже не мужчина, а только половина мужчины! — словно тост произнес Нодар.
— Почему половина? Тогда уж прямо говори — не мужчина! — поправил его Марченко.
— Нет, батоно Петре, именно половина! Вторая его половина — это его друзья. Вот когда у мужчины нет друзей, то он совсем не мужчина! Ты согласен, Лексо?
— Конечно, согласен! — подтвердил Захаров, не понимая, к чему Нодар клонит.
— Ну, у нас и друзья есть, и женщины любимые… Так что, вполне можем считать себя полноценными мужиками! — пошутил Марченко.