На мое 'гениальное' предложение ответом было озадаченное молчание с двух сторон. Но не едят — и то хорошо. Песню запеть я не успела, в коридоре послышались шаги. Ага, значит, мы между двух огней, или зверюшка сзади или неизвестный впереди, рассудили мы здраво. Побежали вбок, за нами кто-то побежал, пришлось орать. Да, хотели не шуметь, но жутко ведь, я даже смогла оглянуться, но разобрать ничего не смогла.
Мы мчались вокруг стеллажа, дико крича, а за нами скользя когтями по полу, мчалось исчадие тьмы, не меньше. Страшнее монстра сейчас придумать не могла, ничего не могла, кроме как весело орать, а монстр по любому был жуткий.
— А-а-а-а-а-а….
— Где, — поворот, — мать твоя ведьма, — еще один поворот, — метла? — орала мне Анна. Хотела бы я знать! И знаете, что плохо? Я последней бежала, хотела вырваться вперед и поскользнулась, хорошо не упала, но равновесие потеряла. Вот тут-то меня и поймали.
На меня налетела зверушка, я попрощалась с жизнью. А этот монстр из жутких глубин монстрожутии стал повизгивать, налетев на меня. Поскольку при нашем столкновении я все-таки упала и глаза зажмурила, чтобы от разрыва сердца не умереть, то сейчас я звездой лежала на полу, боясь шелохнуться, а по мне кто-то скакал. Точнее, вокруг меня, но периодически меня цепляли, поэтому помяли знатно.
Пролежала я так, никем не съеденная, решила приоткрыть один глаз, на меня, сидя рядышком, смотрели жуткие светящиеся глаза, глаз закрылся сам, думала навсегда. Но нет, смогла открыть второй, первый зажмурила, ему и так достался первый шок. Жутина рядом со мной была знатная, огромная, черная, в темноте так казалась, с огромной башкой, длинным высунутым языком и яркими глазами.
Второй глаз оказался не храбрее первого, закрылся. Лежу, прикидываюсь мертвой. Вдруг повезет? Зверушка устала ждать, и стала тыкать меня своей мордой, умру с открытым глазом, мне явно не везет.
А зверь зачем-то пытался меня подтолкнуть, чтобы я что? Встала? Когда я уже хотела проверить свою теорию и попытаться подняться, на меня сверху полетели книги. Что за?!
Зверушка рыкнула и, схватив меня за руку, потащила. Колобок раскатай меня в блинчик! Я по ходу добыча, и ее убирают, чтобы не испортилась, орать не смогла, спазмом горло сжало. Где мой обморок? Я его требую! Что я, не девушка? Пусть я упаду, а меня потом спасут. Тут на голову прилетела книга, я даже страдать перестала, если вам роняют книжку с верхней полки, прическу вы по-любому помнете, хоть бы мозги не поменять или не раструсить их. Я возмутилась. Произвол, если уж жрут, зачем еще и прибивать.