– Тогда зачем Фрол напросился в поисковый отряд? – Старшина прищурил один глаз. – Чего ему там было делать? Ведь он же знал о том, что отряд попадет в засаду.
– Как раз наоборот! – воскликнул есаул. – Фрол слышал краем уха о том, что мы собираемся искать схрон. Но не знал ничего конкретного. И тогда он напросился, чтобы его взяли в отряд. Ты же сам мне сказал: «Включи Фрола в поисковую группу. Просится, надеется следы брата отыскать». Ну, вспомни.
– Да помню я, – сказал Гермес. – И чего?
Конечно, он помнил разговор с Фролом. Он состоялся сразу после переговоров с Борисом. Старшина тогда вышел в коридор и велел Хряпу сопроводить посланника капитолийцев до гостиницы. Вот тогда Фрол, стоявший вместе с Хряпом на посту, и завел разговор о брате и поисках схрона с товаром.
– Как чего? – с воодушевлением отозвался Степан. – Фрол напросился в отряд, чтобы узнать о времени выхода и точке назначения. Затем как-то передал эту информацию капитолийцам. Но сам отказаться от экспедиции уже не мог – иначе бы его потом сразу заподозрили. Поэтому отправился с отрядом. Но был готов сбежать при первом выстреле.
– Логично, – согласился Гермес. – А донесение оставил на Стадионе, потому что не сошелся с Борисом в цене.
– Может, и не сошелся. А возможно, написал это донесение ночью. Утром забрал с собой, собираясь передать Борису при встрече. Но того убили в схватке. Или еще чего-то не срослось. Тогда Фрол вернулся на Стадион и положил бумагу в тайник в своем шкафчике.
– Тоже логично, – сказал старшина. – Что-то у меня уже голова не варит. А ты верно соображаешь.
– Еще не все. – Есаул засунул руку в карман куртки и тут же вытащил, держа в горсти, пять золотых монет. – Глянь, что я еще в тайнике нашел у этого гада.
– А что тут смотреть? «Сеятели», и так вижу. И чего?
– Весь клан знает, что Фрол в долгах как в шелках, а он золото в шкафчике прячет. Думаю, капитолийцы ими за услуги расплатились.
– Маловато за предательство пятерых «Сеятелей».
– Так, может, это аванс? Да и кто его знает, сколько у Фрола тайников?
– И это логично, – согласился Гермес, убирая монеты в ящик стола. – Вот ты и поспрашивай у него обо всем. Как следует поспрашивай. А я ложусь спать. Вот поверь, с ног валюсь.
– Я все сделаю, старшина. Можешь не сомневаться. Утром доложу.
– Действуй, Степан.
Старшина подошел к начальнику службы охраны и, положив ему руку на плечо, сказал:
– Я смотрю, ты уже бодрее выглядишь. Вздремнуть, что ли, успел?
– Да какой там вздремнуть, – пробормотал есаул, отводя глаза. – Вздремнешь тут. Я у Марфы таблетку попросил из ее запасов, дрюк называется. Вот и подбодрился чуток.