Он наблюдал за странным танцем Арис, больше похожим на игру шаловливой девочки, чем на ритуальные движения жрицы, и все отзывалось в нем, словно душа танцевала вместе с ней. Его тело тоже хотело присоединиться к этому странному действу, закружиться вместе с Арис на этом плато. Его тело тоже нашло ту, которая чувствовала каждый его порыв и отвечала на каждое его движение.
Прошедшая ночь поразила его. То, что происходило между ними, случалось раньше только в его мечтах. Мадруку казалось, что женщины, равной ему по страсти и силе, в мире не существует, и то, что Арис оказалась реальной и живой, озадачивало. Пока он не понимал, что с этим делать, и предпочитал просто наслаждался тем, что есть. Но мысль о том, что она совсем рядом, заставила его быстро подняться и кинуться к ней в комнату. Не найдя Арис, он вышел из дворца и пошел, стараясь настроиться на нее. И, только увидев жрицу, танцующую на белоснежных камнях и сооружающую каменную пирамиду, правитель вспомнил, что они договорились до вечера не встречаться. Он хмыкнул про себя, не понимая, зачем женщины все усложняют и обязательно хотят им полностью владеть. Почему им так важно быть для него единственной? Почему бы Арис и Тайре не договориться и не делить его любовь и его страсть? Он не знал, примет ли это Арис, но в глубине души он не хотел, чтобы она исчезла сейчас из его жизни.
Арис скорее почувствовала, чем увидела, что Мадрук где-то рядом, и, открыв глаза, заметила его фигуру, мелькающую между деревьями. Она залилась румянцем, представив, что он наблюдал ее танец и ее пирамиду. «Теперь он решит, что я совсем сошла с ума и впала в детство, — подумала Арис и тут же отбросила эту мысль. — Не важно, что подумает он, важно, что чувствую я! А я чувствую легкость, радость и любовь!» — И Арис поспешила готовиться к пиру.
Правитель
Она вошла в зал во всем великолепии своей зрелой красоты. Длинные тяжелые изумрудные серьги добавляли глубины ее бирюзовым глазам и хрупкости длинной шее. Вытканные темно-зеленые перья растворялись в нежной сирени тонкого полотна, облегающего ее стройное точеное тело, оставляя открытой спину. Арис была похожа на истинную богиню. Все взгляды устремились к ней, и Мадрук почувствовал гордость: эта женщина любит его! Она — его женщина и принадлежит ему. Он перевел взгляд на Тайру и с грустью заметил, какой блеклой, безжизненной и потухшей даже в своем великолепном наряде она выглядела рядом с Арис. Они сидели вместе и принимали поздравления с рождением наследника, но он следил взглядом за жрицей, формально улыбаясь и благодаря подходивших.