Ким посмотрела на своих сотрудников. Элисон наконец удалось завладеть их вниманием.
– Прошу вас, продолжайте, – попросила она. – Этот человек находит наслаждение в процессе убийства, что видно по телам Брэда и Инги. И он должен был этому где-то научиться.
– Если объект номер два служил в армии, то он был бы там на своем месте и никогда, скорее всего, добровольно не демобилизовался бы.
– Мы имеем дело с гребаным механизмом, – высказался Доусон.
– Не совсем так, – пожала плечами Элисон. – У него есть свои слабые места, только они спрятаны глубоко внутри и имеют отношение только к его собственным ощущениям. Вернувшись в гражданское общество, он сейчас оказался на незнакомой ему территории. Скорее всего, он сбит с толку, растерян и считает себя брошенным на произвол судьбы. К сожалению, все эти эмоции только подпитывают его злобу. И если я права, то девочкам есть чего бояться, – тут Элисон повернулась к Ким.
Той вовсе не требовалось дополнительного подтверждения этому.
– Неужели он ничего не почувствует, причиняя боль невинным созданиям?
Благослови господи вечный оптимизм Брайанта. Он всегда верит в то, что у каждого человека есть определенные границы, через которые он не может переступить. Ким не уставала удивляться, как, работая на такой работе, он умудрялся сохранять эту свою наивность.
– Уже нет, – покачала головой Элисон.
– После вскрытия продолжай свое расследование, – велела Ким Доусону.
Тот кивнул, схватил куртку и направился к двери. Вуди дал ему пройти, но не стал закрывать дверь.
– На пару слов, инспектор, – предложил он, выходя из комнаты. Покидая комнату, Ким услышала, как Брайант пропел первые такты похоронного марша.
Она догнала старшего инспектора, когда тот подошел к своей машине, припаркованной возле пруда.
– Вы знаете, что Болдуин практически ежечасно требует от меня отчетов о ходе расследования?
Ким чуть не съязвила, что она обязательно передаст это похитителям, но вовремя сдержалась.
– Вы понимаете, что здесь поставлено на карту? – спросил Вуди.
– Жизнь двух девятилетних девочек, которых зовут Чарли и Эми.
– И?..
– Сэр, при всем моем уважении, должна сказать вам, что вы напрасно тратите свое драгоценное время. И мое тоже. Для меня нет большей мотивации, чем надежда увидеть этих девочек целыми и невредимыми. Ничто в мире не может заставить меня работать быстрее, больше или тщательнее, чем я работаю, и если…
– Я все это вижу, Стоун. Я только что ознакомился с тем, как вы ведете расследование, и мне нечего к этому добавить.
– Тогда вы, сэр, занимайтесь политикой, а мне предоставьте заниматься девочками. – Ким примирительно улыбнулась.