— Ну, об этом мы должны с тобой вместе подумать.
Алиса тут же взобралась к нему на колени.
— У всех должно быть своё имя, — разъяснила она, — а то как же мама будет звать за стол обедать?
— А ты как бы хотела его называть? — дипломатично спросил Ларри.
— Ларри, — категорически отрезала Алиса, и все засмеялись. — Он — Ларри, а ты — Дедушкаларри.
— Я бы на твоём месте была польщена, — сказала Росита. Первый раз за вечер она обратилась непосредственно к нему, но Ларри не поддержал разговора. Он наклонился к девочке и осторожно, так чтобы не заметили другие, вдыхал запах её кудряшек. Незнакомое, какое-то парящее чувство вошло в него с этим запахом, — чувство радостного покоя, полного удовлетворения, когда всё уже есть и нечего больше желать. Наверное, там, на вершине мира, куда ему так и не удалось добраться, человек ощущает что-то подобное. Неужели это и есть счастье?
Домой он ехал долго, на метро, с пересадкой. И на всём пути ему сопутствовал этот запах. Несколько раз он ловил себя на том, что беспричинно улыбается; пассажиры метро улыбались ему в ответ…
Утром Ларри позвонил Нине:
— Слушай, вы ведь оба со Стивом работаете. А кто же с девочкой?
Нина слегка удивилась:
— Она в детском саду. Мы же вчера про это говорили.
— Верно, верно, я помню. Ну а в уик-энд?
— Мы со Стивом, естественно. А в чём дело?
— Я подумал… ну, может быть, вы тоже хотите отдохнуть немного. А я мог бы с ней… не знаю… пойти гулять, что ли. В парк. Или на пиццу в ресторан, она пиццу любит. Днем в субботу или в воскресенье.
Нина чему-то засмеялась.
— Спасибо, папа, очень мило с твоей стороны. Конечно, я ничего не имею против, но понимаешь, какое дело… У мамы, видишь ли, тоже проснулись родительские чувства. С опозданием на поколение. Она тоже хочет гулять с внучкой. Так что если субботу закрепить за нами со Стивеном (имеем же мы право побыть с дочкой), то вам с мамой достанется воскресенье. Уж как-нибудь договаривайтесь. Придётся вам гулять втроём. — Она снова засмеялась. — Как муж с женой вы не очень-то ладили, может, в качестве дедушки-бабушки легче договоритесь?
По тому, как долго она развешивала мутные рентгеновские снимки, как медленно садилась за стол, покашливая и глядя в сторону, Стан понял, что дела плохи. Начала она издалека, напомнив, что Стан обратился к ней всего месяц назад, болезнь была уже запущена, хотя диагноз всё ещё вызывал сомнения. Теперь же, после дополнительных исследований, можно уверенно сказать, что, к сожалению, худшие предположения подтвердились. Нет, операция уже не поможет, слишком поздно. Однако сдаваться не надо: новейшие методы лечения позволяют замедлить процесс развития болезни и даже в отдельных случаях (увы, не частых) остановить его совсем… на какое-то время. Не хотелось бы обнадёживать понапрасну, но, продолжая уже начатые сеансы и сочетая их с…