Тут же в купальни заглянула встревоженная служанка. Пришлось уверять ее, что все в порядке и мы не планировали громить императорскую собственность.
За всеми развлечениями пропустили обед.
– Я доложила магистру, что вы изволили посетить купальни. Он велел вас не беспокоить и передал, что обед ждет в башнях.
Я только подивилась такой доброте Дианара. И напряглась, ибо за неделю отбора совершенно четко уяснила: любая доброта, высказанная обитателями замка, таит в себе второе, а порой и третье дно.
***
Из купален шли уставшие, но довольные. Приятная расслабленность так и уговаривала прикорнуть пару часов после обеда. Эська так вообще беззастенчиво спал у меня под рубашкой, пригревшись и вцепившись в ткань. На разговоры сил не оставалось, шли молча. И именно это позволило услышать неподалеку негромкие женские голоса.
Я бы, может, и прошла мимо – не имею привычку подслушивать. Но тут прозвучало нечто, очень похожее на «Лаврова», и мы с Анной, не сговариваясь, на цыпочках пошли на звук.
Он доносился из-за неплотно закрытой двери. Что за дверью, я не знала, да и голоса были мне незнакомы. А вот подруга тихонько шепнула:
– Это Кэтлин, одна из девушек.
Кэтлин кому-то истерично доказывала:
– Я вырвалась из нищеты не для того, чтобы меня обошла нищенка! Да пусть она хоть трижды спит с императором, я от своего не отступлюсь. Мне нужна всего одна ночь! Одна!
– К Лавровой не подступиться, – ответил ей голос, в котором я с удивлением узнала Дианара. – Она охраняется прямым приказом императора. Не рискуйте, миледи. За вред девушке можно поплатиться жизнью, она очень интересует Его величество. Настолько, что даже принц не решается оспорить право на нее.
– Я не собираюсь ей вредить, магистр. Есть много способов избавить мужчину от влечения. Леди Лаврова опозорится на балу так, что одна мысль о ней у императора будет вызывать тошноту.
– Ох, Кэтлин, вы столь же отчаянны, сколь красивы, - усмехнулся Дианар. – И все же я повторю свой совет: участвуйте в отборе честно. Тогда у вас появится шанс стать не любовницей, но невестой.
– Я уже говорила, магистр, что меня не интересуют титулы, однако в нищету возвращаться я не собираюсь.
Анна вдруг потянула меня за руку, жестом показав – кто-то идет. Меньше всего мне хотелось быть застуканной за подслушанным разговором этой Кэтлин и магистра. Я вспомнила девушку – яркая молчаливая шатенка, с которой за весь отбор мы ни разу не пересекались.
– Почему я так ей мешаю? Отбор ведь для Артура.
– А ты слышала, чего она хочет? - усмехнулся Анна. – Кэтлин делает ставку не на статус невесты, а на желание принца или императора скрасить одинокие ночи.