Только срочное вступление в сражение танкового батальона и двух артиллерийских дивизионов позволило остановить продвижение солдат полковника Талвела. Понеся существенные потери в ожесточенном бою с русскими, финские войска остановились, и война приняла позиционный характер.
Обрадованный успешными действиями полковника, Маннергейм произвел его в генералы и отправил к нему свору газетчиков, которые были должны рассказать финнам об их 'Муции Сцеволе'. Вслед за ними для работы с пленными в Карелию поехал Борис Бажанов вместе с представителями РОВС.
Москва также отреагировала на события в Карелии. Действия 8-й армии были признаны неудачными и для исправления ошибок, в неё был отправлен командарм Штерн.
Желая оправдать оказанное ему доверие партией и правительством, герой Хасана, обрушил жестокие репрессии на голову командного состава.
Вместе с командующим армией, своих постов лишились комкоры, комдивы и некоторые командиры полков. Полковник Туровцев был объявлен главным виновником случившейся трагедии, был отдан под трибунал и после короткого заседания трибунала ему вынесли приговор.
Вслед за ним репрессиям были подвергнуты и представители рядового состава. Скорость, с которой рассматривались дела об отступлении, в результате которого были утрачено как тяжелое, так и легкое вооружение, приводила к тому, что возникали перекосы. Судей по большому делу интересовало не поиски истины, а тот факт, сумеет ли оправдаться человек от предъявленного ему обвинения.
Карающий меч пролетарского правосудия был беспощаден, но он не коснулся батальона майора Луники. Об его удачных действиях было написано в армейской газете, а сам майор был представлен к правительственной награде.
Глава. XI. Новогодние подарки.
Холодно и зябко было старшему лейтенанту Любавину, что вот уже сорок минут пытался поймать на попутку, идущую в сторону фронта. В конце декабря мороз уже стал набирать свою природную силу, чтобы к началу января 'ударить из всех стволов'.
Причина, по которой Василий Алексеевич оказался на обочине тыловой дороге, заключалась в его не желании лежать на больничной койке, когда он 'почти здоров'. В ушах уже не звенело, голова почти не кружилась и Любавин начал активно наседать на докторов, лечивших его.
Несколько дней он доказывал врачам, что не может советский командир сидеть, сложив руки, и мирно есть кашку, когда его полк воюет с врагом. Делал он это весьма настойчиво, умело проводя политику 'кнута и пряника'. Убеждал докторов, что у него ничего не болит и он полностью здоров, и одновременно намекая, что в случае отказа самовольно покинет госпиталь. Выбранная Любавиным тактика привела к тому, что через два дня он добился своего.