— Значит, так, друг мой Джонти, сегодня ты красишь плинтуса.
Он приводит меня в комнату, в ней какая-то молодая девушка — студентка, что ли, — сидит за столом и что-то пишет.
— Это Скарлетт, Джонти, она снимает эту квартиру. Будешь красить при ней.
— Привет, Скарлетт, ага, я буду здесь красить, точняк, ага.
Девушка поднимает глаза от страницы и улыбается. У нее красивые белые зубы и черные волосы, но веснушки скорее как у какой-нибудь рыжей. Похоже, что она добрая девушка, точняк, добрая.
Рэймонд уходит, и я начинаю красить. Ложусь на живот и крашу плинтуса. Крашу себе, крашу да рассказываю девушке про все, что случилось в «Макдональдсе», а она отвечает:
— Все дело в том, что они должны определить спрос. Они выпускают некоторое количество, и, если продукт хорошо продается в течение установленного периода, они запускают его в продажу.
Это наводит меня на одну мысль, ну, точняк, так и есть.
— Определить спрос. Типа как определить общий счет в футбике. Но это только в Европе. Типа ничья со «Шпорами» уже не прокатит, если дома мы проиграли пять-ноль! Вообще не прокатит!
Девушка отрывается от книг и с легкой улыбкой смотрит вниз на меня:
— Да. Думаю, все именно так и есть.
— Я понял, что ты имеешь в виду, — говорю я, глядя на нее с пола, — но мне кажется, дело, может быть, в том, что «Афтер-эйт» и «Макдональдс» не поделили прибыль.
— Что? — Девушка снова отрывается от книг и смотрит на меня. — Я не совсем поняла…
— Ну, насчет того, кто получит больше денег, «Макдональдс» или «Афтер-эйт». Понимаешь, я бы, например, отдал большую часть денег «Афтер-эйт», потому что так честнее, ведь у «Макдональдса» и так много денег, это понятно. Да, я бы так поступил.
— Ясно…
— То есть понятно, что нужно нормально питаться, а не есть одни «Афтер-эйт», на них долго не проживешь. Это типа лакомство. Вот на бургерах, точняк, на бургерах можно прожить. Или на макнаггетсах. У «Макдональдса» есть макфлури, я имею в виду обычный макфлури. А у бедных «Афтер-эйт» нет чего-нибудь вроде бигмака или чикен-макнаггетсов!
— Да… ты прав, — говорит девушка, встает и собирает в рюкзак свои книги и бумаги. — Я отойду всего на минутку.
— Ага, — говорю я.
Я знаю, каково ей, ведь учеба, должно быть, дается ужасно трудно. Совсем как мне, когда я ходил в школу. Мне было ужасно трудно сконцентрироваться, и это я еще сидел там, а не дома! Мне говорили: перестань смотреть в окно, Джонти Маккей, и начни смотреть в книги, и все вокруг были такие образованные. Точняк, так они и говорили! Должно быть, и эта Скарлетт такая же, как я. Клевое имя, Скарлетт. Если бы у нее был парень, который любил бы ее, он мог бы говорить: «У меня Скарлеттина!» Жаль, что она уже ушла, иначе я бы рассказал ей эту шутку: у твоего парня, должно быть, Скарлеттина! Ага.