Едва за ним захлопнулась дверь, я будто бы очнулся. Что-то переключилось в моей голове, и в висках, потрескивая, снова закрутилась шарманка внутреннего диалога:
«Ничего себе! Что это было?! Макс, ты вообще в своём уме?! Как ты додумался пустить к себе домой незнакомого парня с улицы?! А главное, зачем?! Почему ты так слепо соглашался на всё, о чём он говорил? Откуда он взялся и кто, чёрт побери, он такой?! Наркоман, шизофреник, гипнотизёр, вор?..»
Следующие несколько минут я бегал по квартире, проверяя, не пропало ли у меня что-нибудь из дорогостоящего, но опасения оказались тщетными – все ценности по-прежнему остались на своих местах. Тогда, пребывая в полном замешательстве, я вернулся на кухню и взял со стола визитку.
«Карл Богданов, мотомеханик. Сервисный центр Harley-Davidson Москва». Ниже – номер мобильного телефона, адрес электронной почты и оранжево-белый логотип марки. Присев на табурет, я задумчиво вертел карточку в руках. Так и не найдя ничего подозрительного, потянулся к браслету. Обычный кожаный напульсник на металлических кнопках, изрядно уже потрёпанный и потерявший цвет. Носить и днём, и ночью, значит? Что ж, можно рискнуть.
Я щёлкнул заклёпками, надевая странный подарок. Ощутимый жар тут же распространился по моей руке до локтя, окрашивая ауру в этом месте жёлтыми искрами. Вспомнив устрашающие черепушки на корпусе мотоцикла, я не мог не удивиться: каким-то образом этот таинственный человек умудрялся сочетать в себе и силу жизни – яркую, пульсирующую, солнечную, и холодное, леденящее кровь оцепенение смерти. Наверное, именно соединение этих, казалось бы, полностью противоположных энергий наделяло нерушимой гармонией всё, что он делал и говорил.
В тот вечер, так и не осознав до конца, с кем именно свела меня судьба, я выбросил все назначенные мне медикаменты и с лёгкой душой отправился спать. Внутри было спокойно, а депрессия и смута, поедавшие моё сознание на протяжении последнего месяца, окончательно отступили. Передо мной словно открылась невидимая дверь, таившая за собой новую, неизведанную пока ещё, дорогу. Интуиция подсказывала, что чёрная полоса закончилась, а значит, теперь всё – и наяву, и во сне – будет хорошо…
Ранним утром, едва открыв дверь кухни, я застыл на пороге как вкопанный. Возглас удивления вырвался из моего рта, и я запоздало зажал его рукой. Полусухой фикус за одну ночь распрямился, пустил свежие побеги и зацвёл.