— Ладно, давай попробуем туда зайти. Предупреждаю, если паду бездыханным, долго горевать не стоит.
— Это совсем не смешно, лорд Сандар!
— Да нет же, смешно и прекрати ты так трястись, дурочка.
Несмотря на его шутливый тон и веселое настроение, я все же не могла перестать нервничать. Как обычно, приложила руку к изображению Святой и створка открылась.
— Я пойду первым, а ты возьми факел.
Я послушалась, с опаской посматривая на фигуру Темного, приближающуюся к двери.
— Даже отсюда я слышу твой страх, Алита. Это мне, конечно, льстит, но прекрати, пожалуйста. Очень отвлекает.
Я глубоко вздохнула и постаралась хоть немного успокоиться, когда лорд Сандар, чуть пригнувшись, прошел в проем. Против воли, задержала дыхание и смогла выдохнуть лишь спустя минуту его нахождения там.
— Все хорошо, Алита, иди сюда, не бойся.
— Как вы? Что чувствуете?
— А что должен? Здесь немного темно, ты так близко, даже очень, так что ощущения, безусловно, приятные.
— Вам бы все шутить, лорд Сандар.
— А что прикажешь делать? Видимо, магия и впрямь ослабла, если она на самом деле была.
— Была. Иначе просто не может быть. К тому же, девочки уверяли, что смогли скрыться от преследования именно в этих ходах, и никто их не преследовал. Даже не пытался.
— Очень странно. Что ж, пойдем дальше. В любом случае, так мы ничего не узнаем.
Темный взял у меня из руки факел и пошел вперед. Я же, набравшись смелости, ухватилась за его руку и с облегчением почувствовала, как он сжал мою покрепче.
— Куда ведет этот ход?
— Этот… в спальни сестер, хотя должно быть еще одно ответвление вправо в библиотеку.
— Ты очень хорошо знаешь направления ходов.
— Ничего удивительного. Всех вновь прибывших заставляют запоминать все пути и развилки. Я еще удивлялась, зачем, ведь мы ими почти и не пользовались.
— А почему изображения Ильги такие разные? С одной стороны она была более мирной что ли…
Так и есть. При входе Святая предстала перед нами в простом льняном платье, она держала в руках две свечи, символизируя этим Свет и путь к обретению надежды. Когда же дверь за нами закрылась, мы увидели ее в полном военном облачении времен начала Империи, в руках уже отнюдь не свечи, а острые ножи.
— Вы увидите и другие подобные изображения. Каждый ход сделан именно таким образом. Это своего рода символ двойственности Света. С одной стороны — добро и милосердие, самопожертвование и чистота, с другой же — способность защитить самое ценное. Такой была Ильга. Святая и воин в одном лице.
— Хм… Очень интересно, Алита, — мужчина отмахнулся от паутины и неожиданно остановился, — что-то изменилось.