Морок выхватил левой рукой нож из правой и по самую рукоять вонзил его Горюеву в плечо. Вообще-то Морок целился в горло, но промахнулся, хотя и такой результат его устроил. Хватка противника ослабла, что позволило вестнику Смерти освободиться и снова перейти в атаку.
Но раненый Мурат вновь показал свою выдержку. Правая рука у него теперь двигалась плохо, но он все-таки изловчился и заехал врагу прикладом в грудь. А затем пнул его в живот, отчего Морок не устоял и упал на одно колено.
Ему повезло, что Мурат бил впопыхах, поэтому боль от обоих ударов была терпимой. И Морок тут же бросился к ногам Горюева, который в этот момент вскинул ружье и спустил курок.
Выстрел грянул, когда Морок уже прыгнул. Пуля, что должна была снести ему голову, пронеслась в пяди над нею, и единственный урон, который он получил, были его заложенные уши.
Мурат понял, что сплоховал. И хотел отскочить назад, чтобы выстрелить снова — его полуавтоматическая винтовка не требовала ручной перезарядки, — но повторно оплошал. Схватив оружие за ствол, Морок задрал его в небо. А пока раненый Горюев сопротивлялся, противник нанес ему несколько ударов ножом в печень.
Силы вмиг оставили Мурата, чья кровь ручьем хлынула на ботинки ему и его врагу. Глядя в ледяные глаза вестника Смерти ненавидящий взором, Горюев несколько раз нажал на спусковой крючок. Это было единственное, что он еще мог сделать, дабы предупредить об опасности ушедших в город стрельбанов. А также — других часовых, о чьей смерти он не знал. Затем его ослабевшие пальцы разжались и винтовка брякнулась на землю. Куда тотчас рухнул бы и Мурат, кабы Морок не обхватил ему шею, не прижал к себе и не прикрылся им, как живым щитом.
Морок был вынужден так поступить. К этому моменту Илюха уже стоял на ногах и ловил его на мушку карабина «СКС».
Держать Горюева, чьи ноги уже подкосились, было тяжело и неудобно. Благо, позади убийцы оказалась полуразвалившаяся стена. Отступив к ней вместе с заложником, он уперся в нее лопатками. Это облегчило ему задачу, но не намного, и долго ему с такой обузой было не простоять.
— Стреляй, парень! — из последних сил прохрипел Мурат. — Мне уже конец! Стреляй, не бойся! Это и есть Морок! Он всех отравил! Прикончи эту дрянь!
Но руки Илюхи тряслись так, что он промахнулся бы с нескольких шагов даже по открытой цели. Он и сам это понимал. Поэтому не стрелял, ибо несмотря на призывы Горюева, все равно боялся в него попасть.
— Отпусти Мурата Антоновича, козел! — взвизгнул Илюха, по щекам которого лились слезы. — Я тебе приказываю! Отпусти немедленно! Или… Или…