– Почему не подвезли ленты? Они должны были быть здесь еще двадцать минут назад! Ничего не готово, все разваливается к чертям. Это катастрофа!
Кира чуть усмехнулась – так, уголками рта, – медленно обернулась на голос и увидела его. Того, кого девчонки трепетно именовали «Сам» или «Мастер». Героя сегодняшнего шоу, прогремевшего в последние несколько лет модельера Леонарда Шувалова. А попросту Ленчика. Ленчик был сказочно хорош собой – впрочем, тоже, как и всегда. Этакое субтильное бесполое существо – скулы, губы, серебристые локоны, обведенные темным карандашом глаза, ключицы в вырезе белоснежной рубашки, обхватывающий тончайшую талию черный кожаный ремень, взметенные в отчаянном жесте бледные аристократически изящные руки с выступающими косточками на запястьях. «Таньке бы его показать в свое время, – мимолетно подумала Кира. – Она бы целый цикл про него намалевала – он ведь и движется, как танцует».
– Все пропало, – трагически заламывал руки Ленчик, пересыпая свои драматичные взвизги отборным матом. – Виталик! Виталик!
Откуда ни возьмись выскочил услужливый Ленькин администратор, и Мастер, трагически закатывая глаза, простонал:
– Виталик, отменяй все! Показа не будет. Объяви публике… Нет, я сам выйду к публике, я сам повинюсь перед ней и скажу…
Кира решительно направилась к Ленчику, который, кажется, с минуты на минуту готов был получить разрыв сердца, взяла его за руку. Тот посмотрел на нее мутными глазами, но Кира уже склонилась к нему и произнесла – мягко, но решительно, так, как, должно быть, матери разговаривали с раскапризничавшимися детьми:
– Леня, все в порядке. По поводу лент я уже позвонила, они будут с минуты на минуту. Музыка готова, пиротехники на месте, девочки одеваются. Через пятнадцать минут можем начинать, не волнуйся. Все пройдет отлично.
– Да? – Тот неуверенно взглянул на нее блестящими глазами, все еще скорбно кривя губы.
– Да, – уверенно кивнула та. – Иди в зал и поражай там всех своей неземной красотой и обаянием. И не дрейфь, все будет на высоте!
Леня томно вздохнул, приобнял Киру за талию, приподнялся на носках, чтобы дотянуться, и чмокнул ее в щеку.
– Что бы я без тебя делал, мой ангел?
– Я не ангел, ты забыл, – усмехнулась она. – Я – твой телохранитель.
С Леонидом Шуваловым Кира познакомилась на заре своей модельной карьеры и с первого взгляда влюбилась в него без памяти. Стоял восемьдесят шестой год – перестройка, ускорение, новые веяния. Всем тогда казалось, что вот еще чуть-чуть – и грянет новая жизнь, совсем другая, непохожая на серые советские будни. Глянцевая, искрящаяся, свободная. Девицы тогда хлынули в манекенщицы потоком. Всем казалось, что именно это – кратчайший путь к той самой другой жизни, в которой бывают блестящие иномарки, тонкие импортные сигареты, французские духи и коньяк «Наполеон».