— Такими же они показались и мне. По-моему, это совершенно не похоже на них, чтобы никого не попросить проследить за их почтой. И также не похоже, чтобы они пренебрегли договоренностью со мной. Они бы просто отменили этот визит, если бы что-то непредвиденное помешало. О них можно думать что угодно, но они уж точно в высшей степени благонадежны.
— Хм, — произнесла Карен, и они с садовником уставились на дом. Тот выглядел таким враждебным со своими опущенными жалюзи, таким тихим и вымершим… Лишь несколько пчелок летали, жужжа, по саду, да несколько бабочек порхали на легком ветерке.
— Мой пес постоянно лает на этот дом, — добавила Карен. — Уже всю неделю. Раньше он никогда этого не делал.
— Может быть, нам следует пройти в сад, как вы считаете? В конце концов, может быть, одно из окон не затемнено, и мы сможем заглянуть туда…
Карен заметила, как ее обдало холодом и по спине пробежали мурашки.
— А что вы ожидаете увидеть? — подавленно спросила она.
Ее собеседник пожал плечами.
— Понятия не имею. Но они оба уже немолоды… Может быть, заболели или неудачно упали…
— Оба?
— Я пройду в сад, — заявил садовник и оттолкнул калитку. Карен последовала за ним.
Трава здесь была довольно высокой — это было удивительно, если учесть, что Фред Леновски подрезал ее часто и очень коротко. Грозовые дожди два дня назад наполнили водой каменные поилки для птиц, но затяжная засуха все же давала о себе знать. Герань в терракотовых горшках, окаймлявшая садовые дорожки, свесила свои головки. Большой куст маргариток около входной двери в дом начал увядать, а белые цветочки по краям уже приобрели коричневатый цвет. Из щелей между каменными плитами ступенек, ведущих в дом, пророс львиный зев — он был еще невысоким, но его явно давно не вычищали. Нельзя было сказать, что сад запущен, — многие сады выглядели примерно так же. Однако, если судить по педантичности его хозяев, он уже активно утрачивал свое чрезвычайно ухоженное состояние.
Входная дверь состояла из деревянной рамы, посреди которой были выложены квадраты из толстого зеленого стекла, складывавшиеся в необычные геометрические фигуры. Однако через них нельзя было разглядеть, что творится внутри. Слева от двери проходила выложенная плитами дорожка вокруг дома. На всех окнах вдоль нее жалюзи были опущены.
— Конечно, может быть и так, — произнесла Карен, — что Леновски действительно в отъезде и на самом деле поручили кому-то присмотреть за домом и садом. А этот человек, может быть, болен, или забывчив, или же ему просто что-то помешало…
— Возможно, — сказал садовник, но слова Карен его явно не убедили. — Может быть, стоит поспрашивать у соседей?