— Очень милый молодой человек. У вас есть его телефон?
— Нет, — солгала Лариса. В ее планы не входило знакомить Ирину с Мушкетером. Ведь тот мог разболтать о Шувалове. Меньше всего Ларисе хотелось, чтобы о ней пошли дурные слухи и докатились до правоохранительных органов.
— Жаль, что я не взяла у него визитку, — сокрушалась девушка. — И номер машины не запомнила.
Лариса молча жевала тошнотворный сладковатый рис с изюмом и незаметно рассматривала присутствующих. За столом сидели соседи Сазонова, бывшие коллеги, охотники, с которыми он промышлял зверя. Вот и вся публика. У людей обычные мысли, обычное поведение. Никто не убивается по покойнику, не рыдает. Пришли отдать последний долг, но без надрыва.
Ирина, пожалуй, единственная пустила на церемонии слезу. Теперь и она успокоилась, выпила глоток водки и спросила:
— Вы переедете к Сазонову? Или вернетесь в гостиницу?
— Не знаю, — вдохнула Лариса. — А как надо?
— Я бы на вашем месте осталась жить в гостинице. Вам не было жутковато в доме?
— Немного.
— Гроб там не стоял. Тело сразу доставили в морг, потом в ритуальную фирму, откуда и хоронили. Виктор Петрович просил его не отпевать. Я выполнила волю покойного.
Лариса смотрела на Ирину, и сквозь девичьи черты проступал облик… генерала Лукина. В психомантеуме она старалась вызывать его дух, но тот не откликнулся. Зато сейчас происходит нечто странное.
— У Сазонова были женщины? — в замешательстве спросила она. — Я имею в виду любовные отношения. Он встречался с кем-нибудь?
— Я не исповедник. В мои обязанности входит покупать немощным людям продукты и лекарства, иногда помогать по хозяйству.
— Разве он не делился с вами…
Лариса осеклась, наткнувшись на острый, как бритва, взгляд социальной работницы.
— Ненавижу сплетни, — отрезала та. — Если люди со мной делятся чем-то личным, это должно остаться между нами.
— Да, конечно. Простите.
— Вас удивляет, что человек умер в полном одиночестве?
— Такое бывает, но…
— Вы, к примеру, унаследовали имущество Виктора Петровича, а сами ничего о нем не знаете. Вы ему кто? Седьмая вода на киселе?
— Угадали, — кивнула Лариса. — Вы должны были видеть мое фото в коробке со снимками. Сазонов наверняка показывал вам фотографии. Ему было не с кем словом переброситься. А вы — приятная собеседница. Даже такой бирюк, как он, нуждался в общении.
Ирина выглядела озадаченной. Виктор Петрович действительно показывал ей фотографии, и она вспомнила маленькую девочку с погремушкой, которая улыбалась в объектив беззубым ртом. На обратной стороне была надпись.
— Да… кажется, что-то припоминаю…