— Я нашла! — взволнованно произнесла она. Схватила Глафиру за руку и потянула в один из коридоров. — Нашла портрет Эндрю. Это Бриус!
— Ого! — обрадовалась Глаша.
Она помчалась вслед за Зурим с такой скоростью, будто бежала стометровку на Олимпийских играх и должна была любой ценой принести стране «золото».
— Вот! — остановилась возле одного из полотен восточная красавица.
Глаша глянула сначала на картину, потом на Зурим:
— Ну и где здесь Бриус?
На полотне была изображена королевская чета. Его Светлость — ещё совсем молодой, без седины, и Её Светлость — так же свежа и хороша, как и сейчас, только взгляд более доверчивый и бесхитростный. На руках королевы младенец, максимум трёх месяцев отроду.
— Вот! — показала на малыша восточная красавица. И для пущей важности прочитала надпись под картиной: — Королева Дарлита Вайолет II, король Дарлита Сильвий IV и принц Эндрю.
— То, что этот младенец — принц Эндрю, можно и без надписи догадаться. Но с чего ты взяла, что это Бриус?
— Это он! — выдохнула Зурим. — Видишь, какой милый.
— Малыши все милые, — закатила глаза Глаша. — Это потом одни становятся добродушными фитнес-тренерами, а другие чопорными занудами.
Она внимательно вгляделась в крошечное личико. Ребёнок на картине спал. Даже цвет глаз не был виден. А чепец скрывал ещё и цвет волос.
— Этот портретик с одинаковым успехом может оказаться как изображением маленького Бриуса, так и белобрысого очкарика, которого мы знаем как Эндрю, — выдала свой вердикт Глаша.
После чего Зурим немного приуныла.
— Ладно, не отчаивайся. У нас ещё библиотека и Крайс в запасе, — подбодрила Глафира.
В библиотеке ждало новое разочарование. Помещение, конечно, впечатляло размерами и количеством фолиантов, но периодики там не было — только книги. Глаша отыскала учебник по истории Дарлита. Была надежда, что он содержит иллюстрации. Насчёт картинок не ошиблась — их было достаточно, но заканчивалось повествование событиями тридцатилетней давности, а значит, искать изображение принца Эндрю было бесполезно.
Глафира и Зурим ещё немного побродили между стеллажей, заполненных тяжёлыми томами, и пришли к выводу, что нужной информации в хранилище книжной мудрости не найдут.
— Переходим к запасному варианту, — сказала Глаша на выходе из библиотеки.
Дала подруге задание ждать в комнате и не раскисать, а сама направилась к Крайсу.
Свернула в крыло, где располагались апартаменты хромейстера, и вдруг увидела, как из двери выходит Сапфира. Мулатка равнодушно скользнула по Глафире взглядом. Ни единой эмоции на лице. А вот Глаша испытала бурю чувств. Зачем, спрашивается, любительница двуглавых змей наведывалась к Крайсу? Как-то это подозрительно. Причём, если бы Глафиру попросили объяснить, что в таком поступке подозрительного, она бы толком изложить не смогла. У неё проснулось какое-то странное собственническое чувство. Ей, Глаше, можно являться к хромейстеру когда угодно и как угодно часто, но больше никому.