– Ну-ка, ну-ка, – язвительно потребовал он от меня пояснений. Которые я и дала незамедлительно, напомнив ему о существовании подхалимажа, карьеризма и страха за будущее. Конечно, побежишь перетягивать канат, если вместе с тобой его будет перетягивать начальник отдела кадров. А потом, многие любят халяву. К примеру, от нашего отдела всегда, каждый год на любые корпоративные мероприятия ездил Жорик. Даже если это было бы, как в советское время, сбором картошки, он бы и туда поехал добровольцем, в первых рядах. Потому что для него три дня за счет предприятия, где его будут кормить и, что немаловажно, поить, – это всегда хорошо. Три дня вдали от семьи и детей. И картошечкой можно разжиться. Жорик был крохобором, и мы его за это ценили. Только он умел прокормить себя почти целиком, участвуя в каких-то бесконечных акциях и собирая купоны.
В общем, я не поехала. Сослалась на небывалую загруженность, продефилировала перед Сашкой с кучей распечаток в руках, немного повырывала волосы из головы – и получила традиционное отпущение грехов. Кто бы сомневался. Если бы стало совсем туго, я бы могла и до Черной Королевы дойти. В конце концов, не я ли сидела с ней на подоконнике и разговаривала о мужчинах. Не ей ли мой Апрель нравился? Впрочем, это совсем другая история.
Все утро пятницы Игорь мой Вячеславович со мной не разговаривал, демонстративно проходя мимо меня, как будто я была невидимкой, с чашкой кофе в руках. Я вела себя спокойно, объясняла, что ничего личного. Что это – просто бизнес, который я ненавижу. И что свежего воздуха у него и на балконе полно. А у меня, правда, полно хвостов и вообще, я лучше высплюсь. Жаль, конечно, что мне не удастся вместе с другими дармоедами нашей корпорации строить башню из дров или перетягивать канат, но что поделать. Дела, дела. Игорь мой Вячеславович, безумно красивый в темных джинсах и синей водолазке, отвалил, забрав с собой еще кучу идеально сидящих на нем вещей неформального стиля, уложив их в красивую дорожную сумку из мягкой коричневой кожи – с такой только в «Европы» летать, а не на корпоративную пьянку с дебошем. В том, что наши деятели превратят любой тимбилдинг в дебош, я не сомневалась.
– Значит, откосила? – уточнила Машка Горобец, внимательно разглядывая меня сквозь граненый стакан с компотом. – Ты сама догадаешься или тебя носом ткнуть в твои проблемы?
– Не надо меня ни во что носом тыкать, – фыркнула я. – Хочешь сказать, что ради любви нужно было поехать? Как же это сложно – личная жизнь. Ладно, он там работать будет, а я чего должна страдать? Ничего, поймет и простит. Психологи – они собаку съели на понимании и прощении.