Ким выехала со стоянки и влилась в поток транспорта. Все предыдущие эмоции на лице ее пассажира исчезли, и теперь на нем было только выражение бесконечной ярости.
– Не держи это в себе, Том, – спокойно предложила женщина.
Тревис не обратил на нее никакого внимания.
– Тебе станет гораздо легче, – настаивала инспектор, подъезжая к островку безопасности.
– Заткнись, Стоун! – прорычал ее коллега.
– Том, неужели ты действительно хочешь, чтобы…
– Я серьезно, Стоун, заткнись, – повторил Тревис, опуская свое окно.
Вдали Ким послышались звуки сирен. Ее напарник включил рацию и прислушался.
– Впереди кто-то сбил пешехода, – он повернулся к напарнице.
Она тоже опустила окно и прислушалась. Сирены были далеко сзади.
– Они никогда не доберутся до места, – заметила детектив.
– Согласен.
Инспектор включила левый поворот и дважды нажала на сигнал, прежде чем ее «Гольф» вскарабкался на тротуар и оказался на площадке перед автомагазином. Тревис выпрыгнул из него еще до того, как она выключила зажигание.
Ким выбралась с водительского сиденья и бросила ключи обалдевшему продавцу из магазина.
– Если надо будет – подвинете! – крикнула Стоун и припустила за Томом.
Она протолкалась сквозь останавливающиеся группы прохожих, которые хотели посмотреть, что здесь происходит, пересекла шоссе с разделительной полосой, на котором намертво встал поток транспорта, и подбежала к островку безопасности. Дорога, которая начиналась здесь, была уже всего лишь двухрядной.
Теперь инспектор летела в сторону группы людей, собравшихся возле развозного фургона. Подбегая, она стала искать глазами голову Тревиса, которая должна была бы возвышаться над всеми остальными.
– В сторону! – крикнула Ким, подбегая к центру группы.
Сирены продолжали завывать, но этот звук не приближался.
Стоун оценила ситуацию.
Том, стоя на коленях, делал искусственное дыхание темнокожему мужчине с царапинами на щеке.
Но взгляд Ким остановился вовсе не на нем. Увидев то, что открылось перед ней, детектив остолбенела. На какое-то время она перестала видеть и слышать все, что происходило вокруг нее.
Слева от Тревиса лежала женщина, которая таращилась в бесконечно высокое небо. Ее переломанное тело было изогнуто под неестественным углом. Оно напомнило Ким меловые контуры жертв, которые раньше рисовали на асфальте. Верхняя часть ее черепа была сорвана ударом, и мозг вытекал из открытой раны на край тротуара, а потом стекал в дренажное отверстие. Клочья светлых волос шевелились на легком ветру.