Муром – город старый, заложен ещё в 862 году, со старыми традициями, в 1392 году Муромское и Рязанское княжество Великий князь московский Василий I Дмитриевич присоединил к Москве.
Но взялся за гуж, не говори, что не дюж.
Уже Муром вдали показался, как навстречу купец на санях, со всей семьёй, с пожитками. Купец уже проехал, Михаил возок остановил, обернулся к Афанасию:
– Останови купца, только вежливо.
Афанасий круто коня развернул, купца догнал, остановил. Михаил из возка выбрался, пешком прошёлся, ноги размять хотелось. У купца вид встревоженный, даже испуганный. На санном пути три ратника да при оружии, а он один из мужиков и семья.
– Добрый вечер, уважаемый, – обратился к купцу Михаил. – Не из Мурома ли едешь?
– Из него самого, будь он проклят!
И осёкся.
– А что такое? Нам в Муром надо.
Купец помялся, не знал, кто перед ним.
– Не ходил бы ты в Муром, господин хороший. Сущие безобразия творятся. Власть-то там холопская.
– Царика?
Цариком презрительно называли Дмитрия все – и поляки, и Шуйский. Купец сразу понял, что Михаил не сторонник Дмитрия.
– Сотни две боярских детей, при них подлых людей незнамо сколько и поляков сотня, пан Крупка во главе.
Известие серьёзное, даже более чем.
– И чем же занимаются они?
– Вестимо чем. Холопы по дворам бродят, тянут всё, что глянулось. Никакого житья нет. Боярские дети стены укрепляют, а поляки то пьянствуют, то казнят, кто не понравился.
– А есть ли сторонники Шуйского?
– Почитай, и нет. Против холопов и ляхов народ настроен плохо, за вилы да цепы взялись бы, да возглавить, за собой повести некому. А Шуйского, прямо скажу, не уважают. Боярский царь-то для богатеев старается, когда всё государство в крови. Сын на отца идёт, виданное ли дело?
– Спасибо, гость торговый. Глядишь, и встретимся ещё. Удачи тебе!
– И тебе долгие лета!
Купец на облучок уселся, как Михаил снова вопрос:
– Как Муром объехать можно?
– А тебе куда?
– В Нижний либо в Арзамас.
– Хватил! Это же разные пути-дороги! Ежели в Арзамас, держи за мной, к сродственникам еду. Там бунтарей нет, воевода порядок блюдёт.
– А про Нижний не слыхал?
– Не ведаю. Ноне власть меняется быстро. Только царь правил, как уже босота да ляхи главенствуют, вот как во Владимире.
– Благодарю. За тобой держаться буду.
Михаил до возка дошёл, объяснил парням ситуацию. Уселся в возок, развернулся. На санном пути пустынно. Давно бы насторожиться надо. Купец подождал, когда возок подъедет и стрельцы. И ему спокойнее при ратниках, и Михаилу – с дороги не собьётся. Указателей нет, санных путей много, сбиться легко. Сидя в возке, размышлял. Шуйский указ подписал о назначении настоящего Засекина муромским воеводой. Не знал тогда, что в Муроме власть Дмитрия? Стало быть, плохо лазутчики работают, коли царь не знает, что на местах творится. Вот бы сейчас влип, въехав в Муром. Уж как ляхи обрадовались бы казённому серебру! А над Михаилом поизгалялись бы и вздёрнули. А где же стрелецкий полк, что в Муроме был? Или на сторону повстанцев переметнулись? Выходит, повезло ему с купцом, всю обстановку доложил не хуже лазутчика. И не воевода он ноне, а просто князь Засекин, без чина и должности.