– Вот, Егор Дмитриевич, ваш гонорар. Тютелька в тютельку.
Я небрежно убрал деньги в карман, отхлебнул чая и, как бы между прочим, поинтересовался:
– Может, где-нибудь надо расписаться?
– Егор Дмитриевич, так ведь если расписываться, то гонорар у вас будет три с полтиной по ставке, – сделав брови домиком, сложил ручки Курочкин. – Да вы не переживайте, всё уже обговорено.
– Ну смотрите, а то ведь… А билеты почём, если не секрет?
– Рупь пятьдесят, – моментально отреагировал антрепренёр, словно ждал этого вопроса. – Так ведь, сами понимаете, аренда зала…
– Да вы успокойтесь, Альберт Иванович, меня сумма гонорара вполне устраивает. Чистой воды любопытство… Кстати, как билеты расходятся?
– Аншлаг, Егор Дмитриевич, все билеты проданы! Вы – личность очень известная, популярная, я бы даже сказал, так что в успехе сегодняшнего мероприятия и сомневаться не приходилось. Я только не поинтересовался, какая у вас сегодня программа?..
– С программой всё нормально, – успокоил я Курочкина. – Не первый раз замужем, плавали – знаем. И не пора ли давать первый звонок?
Того всплеска адреналина, который со мной случался на серьёзных концертах или в футбольных баталиях, я не испытывал. Может, оно и к лучшему. Творческий вечер предполагал размеренное общение с публикой, и хотя в моей прежней биографии их было не так и много, однако я прекрасно знал, что это за зверь и с чем его едят, так что почти никакого волнения не было.
Действительно, в зале, погруженном в полусумрак, аншлаг. Моё появление на сцене встретили самой настоящей овацией. Благодарно поклонившись, я встал к микрофону.
– Добрый вечер!
Снова овация на полминуты.
– Спасибо! – поднимаю руку, призывая к тишине. – Спасибо вам, что пришли сегодня на мой творческий вечер. Мне сказали, что у нас с вами полтора часа, надеюсь, они пролетят незаметно. Кстати, я тут специально попросил поставить коробочку для записок, вот она, на краю сцены. Так что можете не стесняться, писать вопросы или пожелания, постараюсь на все ответить… Что ж, можно считать, что творческий вечер Егора Мальцева открыт, и для начала позвольте исполнить вам одну недавно написанную вещь.
На этот раз я обошёлся без заимствования авторской песни у Окуджавы-Высоцкого-Галича и прочая и прочая. Потому что когда-то и молодой Алексей Лозовой пробовал себя в этом жанре и в своём кругу имел достаточно неплохую критику. Правда, ограничился только одним магнитоальбомом, можно сказать, для личного пользования. Молодого музыканта влекли электрогитары и рок-н-ролл, а авторскую песню он считал обычным баловством, достойным дворов и подъездов, в крайнем случае кухонь, ежели ты человек взрослый, но никак не большой сцены. А сейчас бардовское творчество в самый раз, всё же публика собралась, судя по виду, интеллигентная, никто не вопит благим матом: «Ег-о-ор, я вся твоя!»