В доме было тихо и пусто, витал застоявшийся запах джина. Заперев за нами входную дверь, Тина немедленно устремилась к бару и с торжествующим воплем извлекла бутыль джина и тоник. Быстренько соорудила три коктейля, причем себе плеснула куда больше джина, чем сестренке.
– Девочки, по-моему, это не слишком хорошая идея, – проговорила я. Вот только не хватало мне напиться в компании клиентов, к тому же вчерашних школьниц!
– Вообще-то мы вашего разрешения не спрашивали, – фыркнула Тина. – Мы уже два месяца как совершеннолетние. К тому же нам надо расслабиться.
И сестры принялись расслабляться – Тина с явным удовольствием, а Лиза, по-моему, просто из солидарности с сестрой.
– Так кто, по-вашему, желает вам зла? – вернула я разговор в деловое русло. – Вы собирались назвать мне имена. Кстати, по поводу того, что вы совершеннолетние, – сказала я, с неодобрением глядя на Тину, которая как раз сооружала вторую порцию для себя и сестры. Мой коктейль так и стоял, нетронутый, на столике. – До меня дошли слухи, что сразу после вашего дня рождения на вас было совершено несколько покушений, причем таких, что могли сойти за несчастные случаи.
– О чем вы говорите? – удивленно взглянула на меня Лиза.
– Как же, эта история с проводом в бассейне. И еще пожар в домике.
– А, не обращайте внимания! – отмахнулась Тина. – Это совсем из другой оперы. Это такая ерунда, что и говорить не стоит.
– Лучше сосредоточьтесь на том, кто по-настоящему угрожает нашей жизни!
Она так и сказала – «нашей жизни», как будто и жизнь у близнецов одна на двоих…
– И кто же это?
– Да все, – скривила рот уже не вполне трезвая Валентина. – Нас все ненавидят, завидуют нам и желают смерти!
И девушка страшно вытаращила густо накрашенные глаза. Хоть плачь, хоть смейся! А я-то думала, что девушки говорят серьезно! Оказывается, это просто подростковые комплексы, не до конца изжитые девушками, которые полжизни провели взаперти, в золотой клетке.
– А если подробнее? – обратилась я к Лизе, которая казалась гораздо трезвее сестры и не в пример умнее.
– Да все! – повторив слова сестры, пожала плечиками юная миллионерша. – Анна нас ненавидит, про Гадика вообще молчу. Партнеры отца… они просто-напросто акулы, только научились улыбаться. Стоит нам на минутку расслабиться, как они нас «ам!».
Лиза щелкнула зубами, я вздрогнула от неожиданности. Такие выходки скорее в духе Валентины.
– Один дядя Паша нас любит, – пьяно всхлипнула Тина, – но и он скоро умрет.
Я решила не обращать на глупую болтовню внимания. Время дорого – Анна может хватиться племянниц и прервать наш занимательный разговор.