Затем он поднял воротник рубашки, защищаясь от дождя, и побежал в сторону дома.
В одной из книг ее матери подобным ситуациям была посвящена, естественно, целая глава – «Действие, приводящее к скачку в отношениях».
В четвертый раз они обедали у него. Пока Брайан сгружал грязную посуду в кухонную раковину, Рейчел стянула футболку и лифчик и вышла к нему в одних потрепанных джинсах «бойфренд». Брайан повернулся к ней в тот момент, когда она подошла, и смог выговорить лишь «О-о!».
Ей казалось, что она полностью владеет ситуацией (разумеется, это было не совсем так) и чувствует себя достаточно свободно, чтобы диктовать условия первого соприкосновения их тел. Все началось на кухне, а продолжилось в его постели. Ко второму раунду они приступили в ванне и завершили его на перемычке между двумя ее отделениями. Третий раунд целиком прошел в постели, но настолько успешно, что под конец Брайан уже не мог извергнуть из себя ни капли и лишь дрожал.
Телесное взаимодействие все лето было просто отменным. В других отношениях сближение шло медленнее, особенно когда у Рейчел снова начались панические приступы. Обычно они случались тогда, когда Брайан уезжал из города по делам фирмы. К сожалению, сделав Брайана своим бойфрендом, Рейчел была вынуждена терпеть его частые отлучки. Как правило, он уезжал ненадолго – на пару дней в Канаду или в штаты Вашингтон и Орегон, дважды в год ездил в Мэн. Но бывали и более длительные поездки – в Россию, Германию, Бразилию, Нигерию, Индию.
Поначалу Рейчел нравилось, что она может иногда побыть наедине с собой. У нее не было потребности ощущать себя чьей-то половинкой. Просыпаясь наутро после очередного отъезда Брайана, она чувствовала себя – на девяносто процентов – прежней Рейчел Чайлдс. Но, выглянув из окна, она пугалась внешнего мира и вспоминала, что девяносто процентов Рейчел Чайлдс – это как минимум на сорок процентов больше, чем ей хотелось бы.
На второй день мысль о том, чтобы выйти из дома, вызывала у нее еле сдерживаемую истерику, переходившую затем в более управляемый ежедневный страх.
Представляя себе внешний мир, она испытывала то же ощущение, что и при столкновении с ним: мир надвигается на нее, как грозовая туча, обволакивает, хочет поглотить, проникает внутрь, как воткнутая соломинка, и высасывает из нее все соки. А взамен не дает ничего. Мир отвергал все попытки Рейчел установить связь с ним. Он втягивал ее в свой водоворот, крутил, а затем выплевывал и переходил к следующей жертве.
Во время одной из поездок Брайана в Торонто на нее накатила паника в «Данкин донатс» на Бойлстон-стрит. Целых два часа она стояла, глядя на улицу, не в силах отойти от стойки возле окна.