Я буквально ощущал сочащееся с экрана самодовольство.
«Есть какой-то эпик из Сент-Джозефа, о котором, как ты считаешь, я должен знать?» — написал я.
«Джейкоб Фам».
«Понятия не имею».
«Погоди немного. Дай мне насладиться превосходством».
Я нетерпеливо посмотрел на Абрахама, но канадец еще не закончил торговаться.
«Вы называли его Копателем».
Я вздрогнул, внезапно вспомнив.
«Тот, который создал землекопов? — написал я. — В Ньюкаго?»
«Угу, — ответил Ночной Сокол. — До того как начать лишать людей разума для Стального Сердца, он жил в том сонном городишке. Половина штата изрыта его творениями — безумными туннелями и пещерами. Но раз ты этого не знал — значит ты не пытаешься найти в них Заграбаста и твой трюк с мобильником связан с чем-то другим».
Копатель. Именно он стоял за появлением странных лабиринтов в подземельях Ньюкаго. Казалось странным, что точно такие же туннели могут быть и здесь.
«Нет, я занимаюсь вовсе не поисками Заграбаста, — написал я Ночному Соколу. — Его незачем искать — он сам явился к нам на порог».
«Что?!»
«Извини. Вернулся Абрахам с нашими велосипедами. Поговорим позже».
Пусть пока переваривает новость, подумал я, убирая мобильник в карман. Подошел Абрахам, катя два ржавых велосипеда. Я с сомнением взглянул на них:
— Они выглядят старше, чем два шестидесятилетних старика.
Абрахам искоса посмотрел на меня.
— Что? — спросил я.
— Порой удивляюсь твоим словам, — ответил он, забирая свою сумку. — Велосипеды старые, потому что более кругленькая сумма в моих руках вызвала бы подозрения. Чтобы добраться, куда нужно, их вполне хватит. Ты ведь умеешь ездить на велосипеде?
— В общем, да.
Абрахам взглянул на меня с некоторым сомнением, хотя его скептицизм не имел под собой никаких оснований. Моя нерешительность вовсе не означала моего неумения ездить, что я тут же доказал, немного покатавшись на своем новом двухколесном друге, чтобы к нему привыкнуть.
Велосипеды напомнили мне об отце.
Сверившись с картой на мобильнике, я написал Ночному Соколу краткие разъяснения насчет Заграбаста, чтобы он не слишком пугался, и мы отправились в путь, присоединившись к немногочисленным велосипедистам на улице. В Ньюкаго мне нечасто доводилось их видеть — на верхних улицах богачи с гордостью разъезжали на автомобилях, а нижние были чересчур извилистыми и неровными для велосипедов.
В Ильдитии, однако, наши двухколесные друзья выглядели более чем уместно. Вдоль обочин выстроились автомобили из соли, но на дороге оставалось свободное пространство. Многие соляные машины были убраны с пути в сторону — они не сплавлялись с поверхностью дороги, как в Ньюкаго. Ехать было легко, даже когда приходилось лавировать в пробке, которую никто не расчистил. Вероятно, машины и пробки вырастали заново каждую неделю.