— Мел, — постаралась отвлечь девушку от грустных мыслей, — я беру на себя всю ответственность за моделей, а ты мне объясни, зачем мужчине пятьдесят костюмов ангелочков и Купидонов?
— Делать не фиг! — махнула девушка маленькой хрупкой ладошкой, — решил впечатлить свою девушку, вот и все объяснение.
— Ого! — удивилась я, почувствовав себя преданной. Ведь у этого Вячеслава с низким сексуальным голосом скорее всего есть вторая половинка, и на день Всех Влюбленных он готовит ей феерический сюрприз! А я-то уже размечталась о том, как он приедет в студию и падет жертвой моей красоты!
Допила кофе, приготовленный Крошкой Мел, и привычным жестом прошлась пятерней по длинным густым волосам, волнами спускавшимся до самой талии. Денис любил говорить, что самое красивое во мне — это зеленые, как кроны сосен, глаза и черные, как вороново крыло, волосы. Я всегда обижалась на него за то, что он так прямо мог указать на мои недостатки, но ведь это Денис — человек, который спас меня от одиночества, нищеты и неизвестного будущего, подарив свою любовь и заботу, на которую только был способен.
Блондин официально удочерил меня, помог с поступлением и депрессией по поводу расставания с родителями и друзьями. Он поддержал меня даже тогда, когда на первом курсе я получила от Домового и Кристи письмо, в котором они просили больше никогда не тревожить их своим присутствием. Тогда мне будто кислород перекрыли, не хотелось не есть, ни пить, ни тем более учиться. И только Денис смог поставить меня на ноги и убедить в том, что жизнь продолжается.
Жизнь действительно продолжалась, но в ней за все пять лет не появилось больше ни одного друга. Я раз и навсегда разочаровалась в этом коварном чувстве и отдала все свое тепло, любовь и искреннюю симпатию двум самым дорогим и близким мне людям: Денису и Крошке Мел.
Ну, хватит! — одернула себя и поспешила в конференц-зал, мимоходом поймав в зеркале образ роковой красотки, которому так поспособствовал сам Денис. Он считал, что его дочь должна выглядеть соответствующе и полгода тренировал меня ходить только на каблуках. В итоге, я так привыкла, что уже сама выбирала себе соответствующие образу наряды и гордилась тем, что в моем гардеробе отсутствуют спортивные штаны и вытянутые футболки.
К вечеру у меня двоилось в глазах, и голова гудела от выпитого кофе, а тело просило об отдыхе.
— Перерыв на ночь, — улыбнулась девушкам, заметно подрастерявшим к двенадцати часам свой блеск и уставшим не меньше моего. — Не волнуйтесь, до показа еще месяц, успеем!
Меня поблагодарили на разный манер, кто-то даже чмокнул в щеку, а Воронцов уже был тут как тут.