Буран ледяным облаком носился по улицам, и многим казалось, что это огромная фигура исполняет бешеную пляску мороза. Конечно, снег любому мог запорошить глаза – но эта фигура, которую было видно даже с верхних этажей высоток, казалась живой.
И она – или оно – тянула свои руки к домам, к автобусным остановкам – и к школам.
В учительской было ничуть не теплее, чем в классах. И от этого обстановка там царила не слишком доброжелательная. В конце концов, учителя тоже люди, и сейчас им приходилось бороться не только за непокорные умы школьников, но и с холодом. В учительскую перекочевали все обогреватели, которые можно было принести из дома, но помогало это удручающе мало. Чайник работал не переставая – многие готовы были пить уже даже не чай или кофе, а просто горячую воду, чтобы согреть замерзшее после очередного урока горло и хоть не-много согреться самому.
Завуч ворчала насчет перерасхода электроэнергии и огромных счетов, на носу была праздничная елка, конец четверти и куча других неотложных дел, так что все ходили не только продрогшие до костей, но и озабоченные миллионом неотложных дел.
– На повестке вопрос о елке. По всем правилам, не надо нам ее проводить. Но! Это наша традиция, которой более чем сто лет. Елки проводились и в Первую и во Вторую мировую войну! А мы что – от мороза рассыплемся?
– Да мороз-то аномальный, – заметила Елизавета Алексеевна, классная руководительница Волкогонова. – Как бы не поморозить ребят. У меня и так полкласса болеют…
– Не поморозим, – отрезала завуч. – На елку привезем на автобусе, а здесь натопим как сможем. Да что ж это такое! В тридцатые морозы были куда сильнее, люди на ходу насмерть замерзали – а елку не отменяли!
– А я против, – заявила Лариса Николаевна, учительница химии. – Раньше люди посильнее нас были. Замерзшие в городе уже есть. Пока немного, но морозы-то крепчают. Сантехник говорит, что трубы вот-вот могут не выдержать, и придется вызывать аварийную команду, так что…
– Пусть Кузьмич занимается своим делом, а мы должны заниматься своим.
– Я бы хотела предложить чаепитие… – робко подала голос молоденькая учительница английского языка. Она работала первый год (по сути – всего несколько месяцев) и чувствовала себя в коллективе еще не очень уверенно.
– Идея прекрасная, – кивнула завуч. – Но самое главное – это безопасность детей! Разгоряченные после дискотеки, разбредутся кто куда, а старшие классы без присмотра еще и к бутылке приложатся!
Трудовик Алексей Николаевич Рыбаков, кивнув на физрука и военрука, улыбнулся:
– Мы с Валерием Палычем и Виктором Григорьевичем организуем патрулирование – и комар носу не подточит!