— Я? Обещал? — приподнял брови парень. — Шутишь? Ни разу ни одного обещания, Джен, я тебе не давал, — его ноздри дрогнули в раздражении. — Не надо орать на меня, окей? Ты что думала, — он ткнул пальцем с сторону рассыпанных у стола бумаг, — принесешь мне это, и я забуду о твоем существовании? Серьезно? Ты допустила мысль о том, что я ни о чем не догадаюсь? Тебе известны фамилии наших поставщиков! Тех, кого тебе знать не полагается. О чем ты говоришь, Джен? — Стайлс опять двинулся на меня. — Ты во всем разобралась.
— И не пыталась, — спокойно качнула головой я и направилась к двери, обогнув парня.
— О, нет-нет, детка, — рассмеялся Гарри, поймав меня за локоть, — так не пойдет. — Он снова грубо развернул меня. Я так устала от этой боли, он уже в который раз хватает меня так, словно я кукла, что с моих губ невольно сорвалось:
— Стайлс! Прекрати так делать!
На мгновение он замер. Я тоже. Но встретив его взгляд, я повторила уже тише:
— Прекрати так делать. Мне больно.
— Вот и чудесно, — кивнул Стайлс с серьезным выражением лица, — запомни как тебе больно. Чтобы меньше нарываться на неприятности.
— Я и не нарывалась, вы сами ко мне привязались, — горькое замечание. — Я принесла тебе документы и мне плевать, что вы там чудите, а ты даже не оговорил условия. Мне нужно, чтобы ты перестал преследовать Хейли, и не ездил больше к моей матери. Ты просто ненормален.
— Все сказала? Отлично. Дыши ровнее, Джен. Выдаешь себя с головой.
— Ты ненормален, — повторила я тихо и поторопилась к выходу.
— Я заберу тебя с занятий, детка, — насмешливо бросил Гарри, за пару секунд до того, как за моей спиной хлопнула дверь.
* * *
Harry
— Луи, живо ко мне, — отчеканил я и швырнул айфон на стол.
Пройдясь по кабинету, я встал у окна, уперев руку в холодное стекло.
Что за чертова идиотка? Могла хотя бы солгать, что не читала отчетов. Но она читала, она прочла эти бумаги. Теперь она может привлечь к нам лишнее внимание.
Если она додумалась снять копии отчетов, я повыдергиваю ей руки. Вот же…
— Гарри? — голос за спиной вернул меня в реальность, и я резко обернулся.
Подойдя к бару у стены, я плеснул в стакан немного бурбона и подошел к Томлинсону. Самоуверенный ублюдок. Слишком уверен в себе. Что ж, он прав, его шкура крайне ценная в нашем бизнесе.
Отодвинув бумаги, принесенные этой девчонкой, я присел на край стола, в то время как приятель опустился в кресло напротив меня. Я сунул в его руки стакан — не пью в офисе — и, глубоко вздохнув, проговорил тем тоном, который означает — я серьезен и зол:
— Скажи мне, Луис, как у нас с документацией?