– Религия нужна хозяевам, – резюмировал он, утирая ладонью покрытые жиром губы. – Нам «беллахам» не за что благодарить Бога и демонстрировать по отношению к нему особенное почтение. Если то, что я ем свинину, каким–то образом оскорбляет того, кто позволил мне родиться рабом, то это даже радует меня…
И тут из ночного мрака прозвучал хриплый, властный голос:
– Не двигаться, а то вышибу мозги!
После такого красноречивого предупреждения никто не посмел даже пальцем пошевелить, видя как некая тень, отделившись от ночного мрака, осторожно подходит к ним.
Вначале в круге света, отбрасываемом пламенем, появился ствол винтовки, затем две огромные, подобно кувалдам, ручищи, потом вплыл черный плащ, под которым виднелась белая рубашка, широкие штаны погонщика верблюдов и наконец объявился весь человек – мужчина под два метра ростом, мощного телосложения, с черной бородой закрывавшей пол лица, в тюрбане, из–под которого выглядывали спутанные волосы, такие же черные, как и его борода.
Миранда замерла с поднятой тарелкой в одной руке и ложкой, что не донесла до рта, в другой, внимательно посмотрела на вышедшую из темноты на свет фигуру и сердито засопела.
– Марио! Как же ты меня напугал! «Ma сhi fai, cretino?» (Но что ж ты делаешь, кретин?)
Человек, которого назвали Марио, несколько секунд смотрел на нее, щурясь на пламя костра, будто старался вспомнить кто это такая, затем опустил винтовку, подбежал к Миранде, поднял ее с земли, как ребенка, и радостно затрубил своим густым басом:
– Миранда! «Sei tu!» (Ты!)
Они смачно поцеловались, и он бережно опустил ее на землю.
– И что ты делаешь здесь? – спросил он.
– Долго объяснять… Где Алек?
Итальянец махнул рукой в сторону юго–востока.
– Недалеко… Услышали выстрелы и он отправил меня на разведку,– после этих слов он поднял винтовку и выстрелил вверх три раза, выждал немного и повторил.
– Теперь приедет, – объяснил он. – Вот он удивится! – потом обернулся к Давиду, но когда Миранда собиралась уже сказать что–то, перебил ее:
– Нет, нет… – попросил он. – Позволь мне самому отгадать. Вы, сеньор … – он задумался, вспоминая, – сеньор Александер. Не правда ли?
– Мы знакомы? – удивился Давид.
– Лично нет, но мне очень нравились ваши фотографии в «Темпо», в «Пари–Матч»… Сожалею по поводу вашей жены… – неожиданно добавил он.
– Откуда вы знаете?
– Радиостанция «Голос Чада» сообщила. Весь Форт–Лами взбудоражен. Единственный вертолет, что был у военных, исчез, словно провалился под землю.
Давид почувствовал, как у него екнуло сердце.
– Что–нибудь известно про Надию?