— Твое тоже сильно бьется, — расслышала, прежде чем увидела довольные глаза перед собой. Тогда поняла, что целовал-то Дима левую грудь.
— Больше не стриги волосы без моего ведома, — улыбки убрал и последовал грубоватый приказ. — Это мое тело, ясно? — и я задохнулась в водовороте его поцелуя. Воздуха не было, или он был не важен. Были его губы, его запах, его тело рядом с моим.
Потом мое тело аккуратно перенесли на обеденный стол, положили лопатками на прохладную поверхность. От этого мурашки пробежались по телу волной.
Лишили меня нижнего белья без особого труда и сопротивления. И я с раздвинутыми ногами… вся в его власти. Во всем помещении горел только яркий красный огонь и тени наши на потолке отсвечивались, пока я лежала на горизонтальной поверхности. Добровольно согласная хоть вечно полыхать в огне Димы.
Пока он раздевался, мне казалось это настолько долгим и болезненным, встала локтями на стол, чтобы быть выше собственных задранных ног и заявила почти твердо:
— Тогда это тело мое. Ясно? — кивнула на него. На что Дима насмешливо взглянул на меня, потом на себя.
— Бери сколько хочешь, — показал себя во всей красе. Член в полной боевой готовности. Сразу вспомнились те моменты, когда Дима входил в меня, отчего между ног от предвкушения, от желания болезненно начало пульсировать. Там пусто, так очень мокро и очень необходимо, чтобы меня там заполнили всю. Немедленно..
Прикрыла от предвкушения веки, спрятавшись от яркого огня в камине, и почувствовала как член едва-едва с нажимом погладил меня между ногами. Еще… и еще раз.
— Дима… — вырвалось у меня. Не знаю, что это было просьба, но было сказано очень жалобно, и в завершение подала бедра вперед к нему, потеревшись о член.
Дыхание жалобно выскочило из меня, когда почувствовала мощный рывок в себе.
— Бастард тебя раздери, наконец-то! — расслышала сквозь темноту перед глазами. Выгнулась вверх грудью от ощущения давления, от того как меня заполнил его член, до конца, до самого основания, растягивая, раздвигая внутри, освобождая место для себя. Нажимал до упора, как будто соединял нас.
— Можно было без мата… — прошептала еле слышно, пальцами и спиной ощущала прохладу стола. Везде холодно, только нашим телам горячо, везде очень горячо.
— Это я еще сдержался! — у него тоже хриплый голос отметила про себя. Дима вытащил полностью член из меня, едва-едва чувствовала прикосновение головки к влажному и явно его жаждущему лону. Мужские руки держали мои бедра, чтобы не ускользнула, когда вновь жестко сделал рывок во мне. Опять ощущение полного заполнения, полного владения.