— Может, хватит, — поморщился Бондарев, — этих обличений. На пенсии напишешь мемуары. И так языками болтаем слишком много. Иди скажи, чтобы Лемзу отпустили.
— Скажу, — согласился Сергеев и пошел к двери.
Я попал в эти края спустя полтора года. Об убийстве капитана Ольхова напечатали большую статью в центральной газете, а потом вышел указ о награждении его орденом.
Фамилия Ольхова выбита второй снизу на мраморной доске при входе в горотдел. После него прибавилась фамилия лейтенанта ГАИ, погибшего во время преследования угонщика.
Город вырос за двести тысяч, укрупнили и отдел милиции, сделав его управлением. Бондарев ушел на пенсию, на его место назначили Лисянского. Отделение уголовного розыска стало отделом. Говорят, у Сергеева что-то не сложилось с Лисянским, и он работает в паспортном столе. На его место пришел Голубев, справляется неплохо. Черных перевели в областное УВД.
Леонид Васин, по кличке Васярик, получил двенадцать лет колонии усиленного режима. Доказать, что стрелял именно он, не удалось. Был признан лишь соучастником. Жена ездит к нему на свидания и пишет письма в Верховный Суд. Димка Зимовец переехал в другой город вместе с родителями и, по слухам, женился. Петр Владимирович Лемза получил за малокалиберную винтовку полтора года условно и продолжает работать в гаражном кооперативе. Злоупотреблений и спекуляций с его стороны следствие не выявило.
Голубеву неловко перед Сергеевым, но встречаются они нечасто, так как помещение паспортного стола находится в стороне от городского управления, а сам Сергеев не очень любит появляться в уголовном розыске.
Он почти подружился с Александром Семеновичем Налыгиным и часто ходит к нему обедать. У Сергеева гастрит, а в кафе «Добрый вечер» готовят неплохо. Налыгин каждый раз пытается не взять с него денег, но Сергеев хмуро достает кошелек. Иногда они говорят о садовых делах, потому что охоту Сергеев забросил, и в свободное время занимается только дачей. Жена уговаривает его переехать в дальний райцентр, к своей матери, у которой пустует большой дом. Наверное, он согласится.
В этих краях летом ветрено и жарко. Сергеев шагает немного сутулясь, придерживая рукой фуражку. Я смотрю ему вслед. Июльский ветер, горячий, совсем не приносящий прохлады, крутит пыльные столбы на старой мостовой. Улица круто спускается к реке. Я жду, что Сергеев оглянется, но он продолжает идти и вскоре исчезает за поворотом.