Но все эти набеги были так, пустяки — выходка там, пакость тут. Нет, надо показать этому миру, на что на самом деле способны эльфы. Возможно, размышлял Душистый Горошек, настала пора для великого похода — похода, о котором эльфы сложат песни и будут петь их ещё много лет.
На его остром лице промелькнула улыбка. Душистый Горошек взмахнул рукой, отчего его туника сделалась кожаной, отделанной мехом. За поясом торчал арбалет.
— Мы посадим весь их мир на поводок наших чар! — рассмеялся он. — Ступайте, мои эльфы, продолжайте свои шалости и набеги. Но когда нынешняя растущая луна станет полной и сила её достигнет расцвета, мы выступим все вместе. И этот мир снова станет нашим!
Тиффани смотрела, как Белладонна просыпается. Вчера Тиффани приготовила для неё новое укрепляющее снадобье — хорошую порцию отвара обратнолетних трав[46], который погрузил эльфийку в крепкий сон на весь день и дал её организму возможность восстановить силы.
И заодно, так уж вышло, это позволило Тиффани спокойно обойти дома, не переживая о том, что могут натворить Фигли в её отсутствие. «А если дать ей этого отвара ещё раз, наверное, у меня даже хватит времени слетать в Ланкр и проверить, как справляется Джеффри», — подумала она. Фигли никогда не причинят вреда спящей пленнице, а вот если она не будет спать… Стоит Белладонне хотя бы шевельнуть изящным пальчиком в неправильную сторону, привычки пикстов могут взять верх. Да Тиффани и сама не слишком ей доверяла…
— Сегодня мы немного пройдёмся, — сказала она, когда проснувшаяся Белладонна потянулась и огляделась. — Думаю, тебе пора повидать людей.
Ведь как Тиффани могла объяснить бывшей Королеве эльфов устройство этого мира, если Белладонна целыми днями наблюдала только стены сеновала и нескольких до предела взвинченных Фиглей?
И они отправились в деревню. Путь их проходил мимо пивной, где угрюмые посетители таращились в свои кружки и время от времени выуживали оттуда червей, мимо маленьких лавок, мимо горы черепков возле магазинчика госпожи Рухни «Тарелки и блюда круглый год». Пройдя деревню насквозь, они двинулись дальше по дороге на пастбища. Тиффани попросила отца рассказать людям, что она думает взять девушку себе в помощницы, чтобы варила снадобья, поэтому никто на них в упор не глазел, но она знала, что на самом деле люди смотрят и от их взглядов ни одна мелочь не укроется. Поэтому, прежде чем отправляться на прогулку, Тиффани настояла, чтобы Белладонна приняла менее вызывающий вид: с её платья исчезли бантики, рюшечки и ленточки, а на ногах вместо изящных туфелек появились нормальные башмаки.