– На деньги, конечно! У нас тут сколько золота лежит! Прикинь, деньги есть, а тратить некуда! – заметил Бертран, обмахиваясь карточным веером.
Я тоже взяла сданные мне карты и наивно поинтересовалась:
– В переводного или нет?
– Нет! – хором заорали на меня остальные так, что я чуть не упала с кресла.
– А мы, по-моему, деньги с собой не брали… Я к тому, что нам нечего ставить… – заметила я, глядя на Фея, который, закусив губу, изучал свои карты. Не отрываясь от них, он показал хвостом на кучку золота, лежащую в углу.
– Я что? Зря на тебя ставил, дорогой ты мой человечек?
Ставки сделаны, карты розданы. Я сделала глоток вина и пошла с шестерки. Через десять минут Бертран поинтересовался, а не в переводного ли мы играем, почесывая картой мохнатую макушку, а потом забирая половину колоды после дружного и агрессивного: «Не-е-ет!»
– Мышка-Мышка, зачем ты меня топишь? – возмутился Фей, забирая когтистой рукой карты и вкладывая их в свой веер.
Я не знаю, почему игра считалась два на два, ведь за Бертольда бился его же картами Бертран? И сам же ходил на себя.
– Мышка, ходи с туза! Ну у тебя же туз козырный! – шепотом возмутился крестный, заглядывая в мои карты. – А потом две восьмерки, и все! Ты вышла! Стоп! У тебя еще и дама? Откуда она у тебя? Выбрось ее немедленно и никому не показывай! Я отвлекаю внимание, а ты бросаешь ее под стол.
Он отпил из бокала. Я покачивалась на кресле, заметно нервничая. Мне пришлось кое-что подгрести под себя. Не хотелось отбиваться козырным тузом. Всегда берегу я его до победного.
– Я вышел! – заметил Фей, сдав последние карты и снова отпивая из бокала. Пустые бутылки валялись под столом. – Давай, Мышка, перебирайся поближе, сейчас отбиваться будем, а то двое на одну нечестно.
Он осторожно приподнял меня и пересадил себе на колени, а потом протянул когтистую руку и пошел с семерки. Одна рука его осторожно поползла по моей талии.
– Чтобы ты не упала, – усмехнулся крестный, заглядывая в мои карты.
– А если мы проиграем? – занервничала я, глядя, как Бертран отбивается, изучая карты Бертольда.
– Так, я одним глазком загляну… Вы не подумайте, Бертольд отлично в картах шарит! – задумчиво почесался языкатый, всматриваясь единственным глазом в чужой веер. Я не понимаю, какое удовольствие получает от игры слепой Бертольд, но раз держит свой веер, значит, действительно шарит!
– Ничего страшного, Мышка, – усмехнулся Фей. – Проиграем так проиграем. Бейся дамой… Отлично… А теперь тузом… Да что ты его держишь, как родного? Отпусти! Я кому сказал! Вот! А теперь два валета и…