Друзьями мы никогда не были. Ни до, ни после. И не будем.
– Потому что твоя девушка пропала. Не наделай глупостей, Тайлер.
Он напрягся. «Не наделай глупостей». Откинулся на спинку стула, прижался затылком к холодильнику.
– В голове не укладывается. Скажи, что это не с нами происходит.
– Это с нами происходит, Тайлер.
– Если она не объявится, я попаду в число подозреваемых?
– Не совсем. Ты станешь главным подозреваемым.
Так уже было с Джексоном. Потому что легче всего свалить на бойфренда.
Тайлер зажмурился. Захотелось запустить пальцы ему в шевелюру, помассировать основание затылка – так я делала раньше, когда Тайлер после работы не мог сам расслабить шейные мышцы.
– Вымойся у меня, – предложила я. – Переоденешься во что-нибудь папино. Нельзя тебе в таком виде домой возвращаться.
Он оглядел свою рубашку, джинсы, ладони.
– Ты права.
Я стала мыть пол. Уничтожать малейшие следы, разводы, пятна. Потом забросила тряпки в стиральную машину. Услыхала рычание водопроводных труб, треск полиэтиленовой шторы для душа. Принялась шарить в папиных вещах. Рабочая одежда Тайлеру будет мала. Придется ему довольствоваться растянутыми трениками, которые я сочла недостойными переезда и определила на выброс; трениками и рубахой с несмываемыми пятнами – в ней папа пару раз убирал участок перед домом.
Я скользнула в ванную, сразу взмокла – Тайлер напустил пару, зеркало запотело.
– Это я, не волнуйся.
Треники с рубахой я положила на край раковины.
– Погоди, Ник, не уходи.
Я остановилась спиной к двери. Стояла и смотрела на Тайлеров силуэт за черно-серой полосатой шторой. Так, через штору, говорить было легче; так не приходилось встречаться глазами.
– У меня новое жилье, – сказал Тайлер.
– Где?
– В том же здании, что и «Келли». На втором этаже, над пабом. Обычная квартирка. В которой имеются диван и одеяло. Можешь жить у меня. Бесплатно и без всяких обязательств. Незачем тебе в этом доме оставаться.
Я усмехнулась. Прозвучало обидно для Тайлера.
– Нет, не могу. Причин – хоть отбавляй.
– Ну хоть на эту неделю перебирайся ко мне.
Я сгребла в кучу его одежду.
Открыла дверь, ощутила зябкость по контрасту с влажной духотой в ванной.
– Пойду закину твои вещи в стирку. А ты всю воду из бойлера не изводи, мне оставь, чтобы душ принять.
К тому времени, как я вернулась в спальню, Тайлер успел напялить рубаху с трениками и тер полотенцем волосы, глядя в окно, на гараж. Я встала рядом. Он обернулся ко мне, большим пальцем провел по дорожке, которую слеза оставила на моей щеке.
– Не понимаю, что происходит, Тайлер.
Слезы навернулись снова. Тайлер взял меня за подбородок.